Найти в Дзене
Олег Кочерёжкин

Откуда взялись 4,5 млн пленных в ходе Великой Отечественной?

Эта цифра часто подается как некий аргумент в пользу того, что русские люди не желали сражаться за советскую власть (а иногда с подачи рейходрочеров увеличивается до 6-7 млн). Правда, при этом как-то упускается из виду, что за этот же период РККА взяла в плен более 3 млн вражеских пленных (из коих 2,3 млн - немцы), но никто не ставит вопрос о готовности немцев воевать за Рейх и Фюрера. В то же время следует отметить, что в ходе Первой Мировой в плен сдалось более 2,5 млн русских солдат, при том, что количество взятых в плен на русском фронте немцев и австрийцев меньше на два порядка. Миф о нежелании русских сражаться за большевицкую власть, вообще говоря, совершенно определенно опровергнут в воспоминаниях Гота и Гудериана, но Аллах с ними! А вот разобраться, откуда взялись такие массы пленных в 1941-м, совершенно необходимо. А для этого нужно соотнести организацию войск времен ВМВ с оперативными принципами того времени. Если взять для примера некую усредненную пехотную/стрелковую ди

Эта цифра часто подается как некий аргумент в пользу того, что русские люди не желали сражаться за советскую власть (а иногда с подачи рейходрочеров увеличивается до 6-7 млн). Правда, при этом как-то упускается из виду, что за этот же период РККА взяла в плен более 3 млн вражеских пленных (из коих 2,3 млн - немцы), но никто не ставит вопрос о готовности немцев воевать за Рейх и Фюрера. В то же время следует отметить, что в ходе Первой Мировой в плен сдалось более 2,5 млн русских солдат, при том, что количество взятых в плен на русском фронте немцев и австрийцев меньше на два порядка.

Миф о нежелании русских сражаться за большевицкую власть, вообще говоря, совершенно определенно опровергнут в воспоминаниях Гота и Гудериана, но Аллах с ними! А вот разобраться, откуда взялись такие массы пленных в 1941-м, совершенно необходимо. А для этого нужно соотнести организацию войск времен ВМВ с оперативными принципами того времени.

Если взять для примера некую усредненную пехотную/стрелковую дивизию ВМВ, в ней 15 тыс. человек, из них «активные штыки», т.е. те, кто, собственно говоря, воюют с винтовками в руках - это три трехбатальонных стрелковых полка – итого 9 батальонов по 600-700 человек каждый, а также разведбат и саперный батальон (тоже по 500-600 человек). Т.е из 15 тыс. личного состава дивизии активными бойцами с винтовками в руках являются лишь 6,5-7 тыс. человек. А оставшиеся 8-9 тыс. – это либо артиллеристы (которые сами не воюют, воюют лишь их пушки), тыловики, которые во врага не стреляют, в окопах не сидят и в атаки не ходят, а только обеспечивают все сие для тех, кто является активными штыками, причем только на уровне дивизии.

Но, помимо тыла дивизии, есть еще оперативный тыл, личный состав которого ТОЖЕ не воюет с винтовками в руках, а тоже лишь обеспечивает ведение войны теми, кто на передовой. Численность его может быть различной, но в среднем каждую дивизию обеспечивает комплект личного состава подразделений оперативного тыла, соотносящийся со списочным составом дивизии как 2 к 3 (т.е. если в дивизии 15 тыс. человек (из коих 6,5-7 тысяч – активные штыки), то эту дивизию могут адекватно обслуживать 10 тыс. человек оперативного тыла).

Т.о., в армиях времен Второй Мировой на долю "активных штыков",которые в принципе могут оказать какое-либо сопротивление противнику, приходится не более 25-27% от общего числа бойцов.

Так вот, если складывается ситуация, что линия фронта из «активных штыков» врагом прорвана, и танко-механизированные части врага развивают прорыв в глубину, а воспрепятствовать ему нечем, то 75-78% личного состава оказать сопротивление этим наступающим войскам врага не смогут ВНЕ ЗАВИСИМОСТИ ОТ ИХ ЛОЯЛЬНОСТИ ПОЛИТИЧЕСКОМУ РЕЖИМУ: им тупо нечем это сопротивление оказывать. В то же время «активные штыки», оставшись без поддержки тыловиков быстро превращаются из боеспособных частей в партизанские отряды, а в плен они попадут тогда, когда у них закончатся еда и боеприпасы (а отнюдь не тогда, когда на них упадут немецкие листовки о том, что политруки лгут и пр.).

Вопрос о том, почему РККА не смогла противопоставить немецким глубоким механизированным прорывам ничего адекватного, заслуживает отдельной статьи, но факт в том, что летом и в начале осени 1941 г. ситуация была именно такая. Но правда и в том, что в 1914-1917 гг. ситуация была совершенно иная. Немцы тогда не обладали никакими преимуществами перед русской царской армией в технологиях ведения операций (кроме некоторого преимущества в количестве боеприпасов). Но, несмотря на это и на громадные объемы помощи от союзников, царская армия бежала, отступала, сдавалась и проигрывала одно сражение за другим. И массами сдавались в плен, в отличие от 1941 г., не безоружные тыловики и обозники, а вполне конкретные полноценные бойцы.

Вплоть до 1918 года на оккупированных немцами территориях Украины и Белоруссии не было ничего похожего на партизанское движение против немцев: до тех пор, пока его не инициировали большевики и анархисты. Для сравнения: первый в ходе ВОВ партизанский отряд был создан Василием Федоровичем Коржем в 08:30 утра 22 июня 1941 года, а первый бой отряд принял уже 28 июня.