Венецианский посол Пьетро Брагадин писал, что в жизни Махидевран оставалась единственная радость — сын Мустафа.
Она перемещалась по дворцу, словно тень. Не было слышно ее смеха, и даже не видно улыбки.
Единственные, с кем бывшая фаворитка султана общалась приветливо — были члены османской династии.
Позволить себе дерзить султаншам Махидевран не могла. В отличии от Хюррем, которая со всеми держалась если не на равных, то, как минимум, требуя уважения.
Хюррем многое сходило с рук. Заполучив титул Хасеки, она и вовсе почувствовала некую власть и вседозволенность.
И, надо отметить, использовала их исключительно во благо государства. В отличии от Махидевран, для которой возвышение соперницы стало очередным ударом.
Когда однажды Сулейман отправился в военный поход, Хюррем полностью взяла управление Империей в свои руки.
Впрочем, не пойди она на столь рискованный шаг, не известно, к какому «корыту» вернулся бы Сулейман.
Опустошенная на нужды войска казна требовала срочных и решительных вливаний.
Но где взять деньги, если Империя ведёт войну сразу в нескольких направлениях?
Хюррем нашла выход — иностранные торговцы. В то время Османская империя славилась своими коврами, натуральными тканями и редкими благовониями.
Вот и придумала Хюррем, как завлечь в Османскую империю иностранных купцов, которые будут приобретать редкий восточный товар.
Конечно же, в замен они предлагали роскошные шелковые ткани, ювелирные украшения, вино и табак.
А для ведения торговли платили небольшой налог в казну.
Дела пошли в гору, и Хюррем стала строить новые рынки. А в итоге и вовсе расширила несколько портов под грузовые суда.
Чем же занималась тем временем Махидевран? Молча завидовала своей злейшей сопернице.
Она не имела столь обширных прав, как Хюррем. Единственной возможностью заявить о себе — была благотворительность.
Однако этого было недостаточно, чтобы переплюнуть деятельность славянки.
Некоторые исследователи пишут, что Махидевран попыталась запустить несколько порочащих репутацию Хюррем слухов.
Однако подтверждений клевете не находилось. И все попытки Махидевран оболгать славянку претерпевали неудачу.