Беспардонно и самонадеянно ты проник в мою серую жизнь. Хотя правда зависла во времени, так как я захотела решить Быть с тобой, пусть совсем не по-девичьи, может слишком кулак волевой. Только мне неожиданно дороги все те годы, что шли мы с тобой. Я мертвецки в любови не верила, ровно с логикой всюду жила. А ты утром всегда так приветливо мои сонные плечи ласкал, Хохотал над рациональностью, равноправие стирал в порошок. Колдовал с этой скучной реальностью, чтобы мне было хорошо. Я как кошка, попавшая в дождь, а ты грел меня у камина. Все, что до тебя-чистая ложь. Я хочу подарить тебе сына. Я хочу пронести сквозь года, что мы бережно в сердце храним. И запомни, что не променяю свои чувства на чертов цинизм.
Беспардонно и самонадеянно ты проник в мою серую жизнь.
Хотя правда зависла во времени, так как я захотела решить
Быть с тобой, пусть совсем не по-девичьи, может слишком кулак волевой.
Только мне неожиданно дороги все те годы, что шли мы с тобой.
Я мертвецки в любови не верила, ровно с логикой всюду жила. А ты утром всегда так приветливо мои сонные плечи ласкал,
Хохотал над рациональностью, равноправие стирал в порошок.
Колдовал с этой скучной реальностью, чтобы мне было хорошо.
Я как кошка, попавшая в дождь, а ты грел меня у камина. Все, что до тебя-чистая ложь. Я хочу подарить тебе сына.
Я хочу пронести сквозь года, что мы бережно в сердце храним.
И запомни, что не променяю свои чувства на чертов цинизм.
