Понимаю тех, кто набрался сил и терпения ознакомиться с предыдущими главами. Думаю, что вопрос после этого возникает один: ну, когда же о ней, о фотографии, сколько можно все вокруг да около?
Когда же можно будет, прочтя текст, судорожно вцепиться в фотоаппарат и нажимать, нажимать, нажимать? А оттуда из него посыплются, как из рога изобилия, шедевры фотоискусства, да такие…
Когда? Доколе можно воду в ступе толочь? Почему ничего нет о сюжете, о композиции? Ладно уже о технологии – о диафрагмах, выдержках там разных, всяких, да и потом, это сегодня не так важно, когда в руках классная цифра. Но о секретах – то можно. Ведь есть же тайные способы, как снимать «та-а-кое», стать настоящим и знаменитым фотографом. «Я знаю, их по телевизору показывают, и альбомы с книжками, где их фотографии видел. Там все про них».
Ну когда же, ну как… Они же сами говорят, что композиция в фотографии играет главную роль. И еще сюжет. Видимо, секреты в этом. Об этом хотелось бы «все и сразу». Ну что же, поговорим…
Говорят, кто как думает, тот так и фотографирует. Подразумевается, что человек – фотограф осуществляет мыслительный процесс, способствующий и проводящий в конечном счете к появлению фотоизображения.
С одной стороны, фотография – дело простое, почти примитивное, сами видите, сколько фотографирующих и фотографий ходит по миру.
С другой стороны, - о какой фотографии мы говорим.
Есть фотография и есть Фотография.
Вопрос: когда фотография становится Фотографией? Как это делается? Наверное, вы хотели об этом? О той фотографии, которая искусство. При этом все знают или догадываются, что искусства много не бывает, что искусство – вещь штучная.
Ну да ладно, вначале о «думает».
Видимо, подразумевается, что фотограф как-то управляет процессом съемки, оказывает влияние на технологию этого процесса – «заставляет» аппарат снимать так, как хочется ему – фотографу, а также формирует кадр, понимая сюжет и осуществляя композицию таким образом, чтобы его это устраивало. То есть добивается того, чтобы фотоснимок в конечном счете выражал то, что ему, фотографу, хочется и так, как он считает это нужным.
Конечно, важно, куда будет направлен объектив – это одна из немногих прерогатив владельца фотоаппарата, это то, чем фотограф может пользоваться при съемке – определить сам, по своему желанию, куда и как поставить фотоприбор.
На этом этапе заканчивается одна из «степеней свободы» в работе фотографа. В процессе включается еще один участник.
Речь идет о самом фотоаппарате, о том, как он устроен. Фотограф может воспользоваться его функциями, и то теми, которые заложены в конструкцию этого прибора. Универсального аппарата – на все случаи съемки – создать еще не удалось. Изготовители обычно закладывают в будущий аппарат набор возможностей, но не всех (все заложить невозможно, все они такие разные, и их так много…), а лишь определенные – в зависимости от вида предполагаемого применения: для студийной съемки – одни,, пейзажной – другие, репортажной – третьи и т.д.
Для любителей – отдельные. Многие камеры такого назначения, например, не имеют ручного управления процессом съемки – все делается на «автомате».
Это я к тому, что фотограф всегда связан возможностями техники, а значит, не вполне может осуществить свои творческие желания.
Далее. Положим, камера вполне устраивает фотографа, и он направляется к объекту съемки – например, пейзажу. Ему нравится то, что он хочет запечатлеть, но, может быть, не все. В отличие от художника, он не может в кадре передвинуть дом, убрать дерево, растущее «не в том месте», поменять небо или остановить ход солнца, и это еще далеко не все.
Он вынужден приспосабливаться к тому, что есть, хочется ему или нет, или искать новый объект. Мне кажется, что фотокамера в той или иной степени навязывает фотографу свое видение мира.
С жанром еще хуже. Тут же фотограф совсем бессилен. Находились «мастера» режиссировать этот вид съемки, но, как правило, «уши» лезли сразу. Так, в историю вошел только один из немногих удавшихся снимков такого рода, «подсмотренный» Робертом Дуано в прошлом веке на улицах Парижа.
С постановочным портретом свои заморочки.
Пусть свет и «атмосферу» можно создать в пределах студии, но построить «психологичность» модели в искусственной среде, как, впрочем, и на натуре…
Когда люди знают, что за ними наблюдают, «охотятся», не все могут вести себя естественно, тем более так, как это задумал фотограф. Опять фотограф вынужден приспосабливаться, опять «натура» диктует ему свои условия.
Большинство снимающих непрофессионалов снимают «с подхода» - то есть идут, едут, видят, останавливаются, достают аппарат и снимают.
Даже постановочные вещи – фотография «на память», или, дай бог, для портфолио – делается примерно так же, а если в студии, то все равно «как получится».
Почему-то удачным портретом считается тот, что передает существо человека, его истинное содержание.
Но ни одни человек, на мой взгляд, даже если он того захочет, ничего пред вами не раскроет.
На фотографии вы получите то, что увидите только сами. Не дадут человеку раскрыться цивилизованные наслоения, моральные препоны, статусная чепуха и не всегда оправданные амбиции. Сейчас модно работать в студии. Но студия арендуется на время, каждая минута на счету, где уж тут о чем-то подумать толком, попробовать. Успеть бы… Чтобы что-то делать в студии, это студия должна быть ваша и вы должны знать ее возможности, как свои пять пальцев, быть в ней хозяином.
Это все технологии. Практика процесса, а сам процесс начинается – вернее, должен начинаться – немного раньше. Если вы хотите создать «фотку» или «фотку на память» - это одно, но если…
Если вы замахнулись на святое, что сами подразумеваете под высоким и вечным, то…
Подумайте о зрителях. У них по поводу увиденного неизбежно возникает всякое, в том числе и мысли…
О мыслях. Назначение, да и сама магия изображения не в этом. Искусств изображения обладает уникальной способностью, особым языком – вызывать в нас, передавать нам не мысли и даже не чувства, а скорее состояния.
А собственно мир, современное искусство все больше полагается на слова. Забалтывают, «охмуряют» вас. Мимо скольких изображений мы проходим ежедневно, привычно, не обращая на них внимания…
Пожелав что-нибудь сфотографировать и представить на суд зрителей, подумайте об этом. Для каждой съемки нужен сценарий, пусть даже самый простенький, но нужен.
Сценарий потом реализуется через композицию. Сценарий – это то, что вы хотите сказать зрителю. Сюжет – как вы хотите это сделать. Композиция – визуальное решение сюжета. Язык фотографии требует постоянного изучения и совершенствования. В нем есть нечто, чего нельзя объяснить и разложить по полочкам композиции и техник. Своя философская аура, что ли.
Вот фотограф – если он себя ощущает фотографом – снимает. Но в этом практическом действии каждый снимающий видит какой-то, пусть неосознанный, философский подтекст. Он хочет, чтобы фотография превратилась в некое философское послание или хотя бы обладала некими интеллектуальными признаками – проще говоря, была бы «умной».
Тематика таких «философских» устремлений обычно не выходит за первичные представления о мировом ощущаемом, о нашем бытовании, о мечтательном наборе футуристического ряда. Сюда входят мысли о существующем мироустройстве, стихиях неба, воды, земли, камня, огня, вечно живущего и живого, - в конечном счете все о том, что заставляет существование жизни, по представлению человека.
Фотографирующий пытается зафиксировать на фотоснимке свои представления о понимании этого и донести до нас, благодарных зрителей.
Мы же, в свою очередь, оцениваем, как правило, только результат этого – неподвижный визуальный ряд живого, цветного, звукового, постоянно меняющегося.
Сюда же следует отнести представление фотографирующих о таких категорий, как вечность, мимолетность, мгновение. Ведь фотография имеет дело с мгновениями вечности, по ним мы судим о вечности в целом во всем ее многообразии, часто даже не желая этого и не думая об этом. Так уж мы устроены.
Об этом задумывается почти каждый, кто осознанно заболел фотографией, отщелкал свои первые положительные снимки родственников и знакомых, закатов и восходов, отпускных открытий и понял, что хочется чего-то такого, эдакого… И вот отсюда-то и начинается «приключения с фотографией», иногда продолжающееся всю жизнь. Обычно возникает вопрос: что и как снимать? Хочется докопаться, дойти до самой сути, понять, где, когда и почему возникает интерес, приводящий к нажатию спусковой кнопки в общем – то простого, бездушного механистического устройства, при помощи которого и возникает это «нечто», которое не дает спокойно дышать, безразлично смотреть, волнует душу, бередит мысли… То, что и называется по большому счету Фотографией с большой буквы.
Ведь в каждом простом, почти примитивном изображении (вспомним первобытное творчество) которое столько всего – дух захватывает!
Откуда, как это все… почему?
Исследователи или размышляющие на эту тему приходят к выводу, что основной причиной того, что человек стал тем, чем он стал, было любопытство. Именно оно подвигло его на такую эволюцию, и именно оно лежит в начальных истоках творчества. Именно любопытство привело к цепочке: обнаружил (увидел) – рассмотрел – обследовал – обдумал – запомнил – придумал, как применить – применил.
Поэтому у человека отлично развита память – «архив» образов и понятий, позволяющий ему в жизненных ситуациях оценивать, комбинировать увиденные объекты, ставить задачи и находить на них практические ответы.
Изображение как раз и является вариантом одной из «кладовых» такой коллекции образов и представлений человека об окружающем.
Любопытство заставляет его постоянно пополнять этот «архив» и новыми образами, новыми из комбинациями, новым их пониманием.
Фиксация таких комбинаций и есть, думаю, механизм, при помощи которого человек реализует гамму творческих устремлений визуально, то, что мы относим к Фотографии, называем Фотографией.
Об этом можно подумать…
Вы скажете, зачем я обо всем этом так длинно, нужно… зачем? Затем, что фотографа интересуют образы, с которыми он хорошо знаком, и те, новые, привлекшие его внимание, с которыми он в силу выше сказанного обязательно заинтересуется, захочет визуально зафиксировать это процесс, познакомит с ним нас – зрителей.
Интерес же у него возникает к увиденному, когда, по его мнению, «что-то не так», то есть не отражает его понимание происходящего, или «все-таки» - случай, когда все находится в конкретном, осознанном состоянии, состоянии гармонии – что обычно обозначается визуальным понятием «красиво». Это относят в том числе к медико – физиологическим особенностям нервной системы человека.
У фотографов, как правило, это чувство обострено и привычно, и они пользуются этим, как правило, талантливо. Так или примерно так рождается идея, перерастающая потом в сценарий, а далее по известной схеме в – фотографию. Но движущей силой все равно является автор – фотограф, именно он запускает процесс.
Мировая практика и обычная человеческая логика предполагают, что в этом непростом творческом деле фотограф должен обладать рядом специфических, скажем так, качеств, таких выдумка, предчувствие, хорошая память, быстрое мышление, а главное – предрасположенность к визуальному композиторству.
Почти каждый творческий фотограф – композитор, но не музыкальных мелодий, а зрительных образов: это умение, качество – например, увидеть в лесном пне образ пожилого человека, в летящем по небу облачке – сказочного животного и т.п. Такой человек должен уметь логически адекватно связать в пространстве фотокадра сюжет с его графическим выражением.
Свет, цвет, пространственная структура, расположение объектов в кадре - что то, что доступно фотографу на площади маленького фотокадрика.
Для того чтобы правильно использовать эти возможности, исторически сложились правила и законы искусства. Если следовать правилам, то получишь определенный, предполагаемый ими результат.
Законы – это такая штука, которая не зависит от нашего желания, это некие визуальные константы, определяющие у нас понятия, если сказать кратко, «красиво, некрасиво»,
Это как азбука, «читая» которую, мы понимаем представленное художников, скульптором, фотографом. Это определенный код красоты.
Той красоты, к которой человек стремиться и стремился, вероятно, с тех пор как стал человеком.
Вспомните историю искусства. Начиная с первобытных времен и до последнего времени в нем жила неизбывная тяга к прекрасному, чему в конечном счете и служит искусство. Так деревенские жители «думаю», смутно представляющие себе такие вещи, как правило «золотого сечения и законы равновесия масс, так украшают свои дома, постройки, храмы, что искусствоведы только разводят руками.
Видимо, в таком деле, как изобразительное, все решают в конечном счете способности, то, что в концентрированном виде называют талантом.
Подумайте над этим… Поговорим… о фотографии…
Чтобы заниматься фотографией, ею надо заниматься. Любить ее больше, чем себя. И снимать, снимать, снимать. А еще думать. Думать до съемки и после. И обсуждать это с тем, кого вы считаете собеседником в этом деле. Тогда все это и образуется. Только сами, только на собственном опыте и ошибках, только как вы можете на-учить-ся. Пробуйте. Роль советчика, учителя – гуру, нужно учитывать. Но не преувеличивать. Теория в этом деле, как и в любом (например, в употреблении спиртного), существует, но все равно любая теория проверяется практикой, то есть существует для практики. Выходите, снимайте. Обсуждать что-то можно только тогда, когда есть что обсуждать. Делайте «что», тогда и будете обсуждать, «как».
Поговорим…
Продолжение следует...
2. Фотография ради искусства, любви или наживы. "Профессиональной" фотографии нет. (02)
3. Мы все фотографы по неволе. Какая фотография считается идеальной? (03)
4. Выбор - самое сложное в фотографии. Ответьте на вопрос, какой фотографией вы хотите заниматься. (04)