Чертов таможенник отобрал у меня мой гель для волос — там было больше, чем разрешенных 100 миллилитров. Теперь мои волосы будут колыхаться, как трава на ветру. Настроение испорчено на день вперед.
…Чиновник с другой, финской, стороны, перепутал Бретань и Британию, и стал задавать тупые вопросы: мол, каким это образом вы будете перемещаться по Франции, чтобы добраться до Англии? Пока он их задавал, пока он соображал, пока мы искали свой выход, самолет на Париж отъехал от места стоянки. Пришлось ждать следующего добрые сорок минут.
На взлете и посадке колбасило и закладывало уши. Настя сосала леденцы, а я читал мемуары Олега Борисова. (Потом я наконец понял, что они старательны, но скучны.)
Прилетевши в теплую Францию, мы бросились в краски: с нами в вагоне тряслись элегантные старые негры в шляпах и пиджаках (каждый похож на блюзмена!)... Живописные негритянки. Арабы. Яркие, загадочные, пестрые существа — мне хотелось выведать у каждого, кто они, откуда, что делают в этом вагоне… Это не подмосковная электричка! Это вибрации Алжира, Марокко и Кот-д’Ивуара, шоколад с пряностями и контрабасы, незагрунтованный Гоген, многообразие религиозного опыта, приманка для антрополога и социолога, и грязные танцы Гаспара Ноэ… Вырваться сюда из душной России, чтобы ничего не понять! Я надел черные очки и вытаращил глаза.
Электричка из аэропорта таки привезла нас на Гар дю Норд. Я помню жару и теплые краски, зелень парижских предместий (неотличимую, кажется, от кустов под Тулой), диковинного дизайна дома. Мы вышли проголодавшиеся и окунулись в зной улиц. Уличный негр продал нам за 1 евро жареной на гриле кукурузы. (Жевать ее надо поскорей, иначе засохнет, и не угрызешь.)
Дизайн города, оформление вестибюлей, переходов, плакаты и лестницы — всё-то у них деликатное, необычное и продуманное. Доминируют в столице желтый, красный, оранжевый и зеленый — от чего мир кажется сердечным, элегантным и теплым.
Вскоре был выпит первый во Франции алкоголь, — всего лишь пиво Stella Artois, — но какое вкусное.
(Продолжение - в следующем посте)