Маг сидел на сером валуне и смотрел куда-то мимо меня. Я не прерывал его мыслей, потягивая терпкий чай из трав, которым он угостил меня после ужина. Мы дружили давно, ещё со времён последней стычки с воинами Однорукого. Именно тогда мы и познакомились. Сражение спина к спине – лучший способ научиться доверять друг другу. Уже потом обнаружилось, что нам есть, о чём поговорить и поспорить. Виделись мы нечасто. Наверное, поэтому не успели друг другу надоесть за столько лет. Вот и на этот раз я заехал к нему по дороге домой и задержался на пару дней.
Похоже, зря я спросил у него, почему поселился он у этой пустоши. Маги обычно живут недалеко от городов. Правда, давно уже они почти не вмешиваются в дела людей. И всё же вот таких одиночек, каким был мой друг, я больше не встречал. Над пустошью опускался закат.
- Ветреный завтра будет день, - наконец произнёс маг. – Закат полыхает.
Он еще немного помолчал, потом взглянул на меня тёмными глубокими глазами и вздохнул:
- Давно я тут живу… Привык. К тишине привык, к одиночеству. Привык ждать.
- Ждать? Чего тут можно ждать? – оглянулся я вокруг.
Небольшой, но добротный дом мага стоял у кромки леса, перед огромной пустошью, тянувшейся до самого горизонта. Где-то там, за ней, говорят, начиналось море. Но я ни разу не пересёк огромное пространство, поросшее вереском и полынью.Мой друг неторопливо снял с огня чайник, плеснул ещё чаю в мою и свою чашку и, так же глядя куда-то вдаль, начал свой рассказ.
- Молодой я был, только освоил боевую магию. Тяжело было справиться с этой силой огня внутри. Но учился. Не давали мне покоя лавры моего учителя. А тот заставлял неделями бродить по лесу, выживать без помощи магии, охотиться, ловить рыбу. Теперь-то я понимаю, что именно так старик сделал из меня мага. Знаешь, на что способен, но силы зря не тратишь.
Он помолчал, отхлебнул чаю из своей чашки и продолжил:
- Вот однажды в лесу и вышел ко мне волк. Вернее, волчица. Вышла неслышно, остановилась передо мной и стояла, даже не оскалившись. Долго я смотрел в её глаза. Много, чего увидел в них. Бегут от таких люди. Боятся неизведанного. Оборотнями называют. Не знают того, что оборотень обидит только того, кто первым нападёт. И дар это, и наказание: сохранить в себе первозданные силы природы. Я протянул к ней руку, и она совсем не по-волчьи потянулась ко мне и ткнулась серым лбом в ладонь. Так с того дня мы и бродили вместе: я и волчица. Она не ходила за мной, как собака. Могла убежать и исчезнуть на день-два. Но я знал, что она вернётся. Выйдет из зарослей неслышно, или среди ночи я почувствую, что ко мне прижимается тёплый мохнатый бок. Она и из леса со мной вышла. Вышла, чтобы остаться. Человеком. И я потерял голову...
Я не перебивал, не спрашивал ни о чём. Впервые я увидел, что в глазах мага может быть не только мудрость, но и тихая грусть.
- Я был счастлив с ней. Почти всегда. Кроме тех дней, когда она исчезала. Уходила в лес к своим. Я понимал, что она не может иначе, но каждый раз, когда её не было, сходил с ума. Я боялся, что она не вернётся, что звуки и запахи леса заставят её забыть о тепле очага. Сначала я тихо злился. Потом начал впадать в ярость. И однажды, пытаясь удержать её, приковал цепью…
Маг опустил голову. Я видел, что ему трудно говорить. Он посидел, прикрыв глаза, а затем, словно через силу, продолжил:
- Я оставил её на цепи. И всю ночь простоял за закрытой дверью, пытаясь сдержаться, чтобы не броситься к ней, не отпустить… или не убить. Только на рассвете, когда стих её вой и звон цепи, на которой она металась, я вышел к ней. Она почти не дышала…
Я долго выхаживал её. Залечивал раны, которые она нанесла сама себе. Но не мог вылечить душу. Она лежала на постели, молчала, смотрела на меня глазами, полными отчаяния и ненависти. Мне казалось, она слишком слаба для того, чтобы вернуться в лес. Но я недооценил её. Проснувшись однажды среди ночи, увидел, что её нет. Вот тогда-то и появилась эта пустошь. Я выжег лес перед домом, мечтая, чтобы и она, и волчья стая, к которой она ушла, сгорели в огне моего гнева.
Солнце огненным шаром закатывалось за горизонт. В воздухе пахло полынью. Мы оба молчали. Наконец я решился спросить:
- Ты больше не видел её? Она…тоже сгорела?
Маг горько усмехнулся:
- Говорят, самое верное и преданное создание на земле – это собака. Это неправда. Самое верное создание – это человек. Беда в том, что человек ещё и понимает, когда его предают. И не может этого простить… Я не видел её. Но она жива. Я знаю это. Я её чувствую. Поэтому жду. Жду её дома…
Огненный шар упал за горизонт. Последние отблески заката полыхнули в небе и погасли. Где-то в глубине леса послышался одинокий волчий вой.