Еду я тут с утреца на работу и замечаю чернейшее небо с проплывающими мимо свинцовыми тучами и тучками. Дорога моя лежит по небольшой возвышенности и спускаясь с неё я вдруг замечаю всю эту красоту, хоть дожди льют уже четвёртый день. Перед моими глазами встают воспоминания из детства, такие тёплые и радостные что мне на минутку стало тепло и уютно в этом сером мире, совсем как в детстве, когда я маленьким и несмышлёным стоял перед окном в детском саду и разглядывал такие же самые тучи и тучки на том же самом небе. Вглядываясь в них я представлял себе что плыву сквозь тучи и грозовые облака на встречу чистым, пушистым и таким белоснежным облакам на фоне самого синего и мирного неба в мире. Разглядывая происходящее за окном я обращаю своё внимание на капли на стекле, как они мирно и спокойно себе висят по ту сторону стекла где свежо, сыро и дует промозглый порывистый ветер, а им хоть бы хны висят себе такие спокойные, жирные ни чё не бояться.
Сквозь шатающиеся от ветра деревья, капли дождя и проезжающие мимо машины, я замечаю ещё одну интереснейшую вещь, это окна дома напротив в которых горит свет и не задёрнуты шторы. В окнах я вижу девочку и её маму, девочка уже большая поэтому в сад уже не ходит, мама собирается на работу, они завтракают мама надевает серый плащ берёт зонт и уходит, девочка закрывает за ней дверь на щеколду и остаётся одна дома включает телевизор берёт краски бумагу и карандаши и что то увлечённо рисует развалившись на мягком тёплом ковре. Но так как дом в котором она находится расположен на приличном расстоянии от меня, да к тому же в таких сложных метеорологических условиях моё детское воображение с легкостью дорисовывает не видимые моему глазу вещи.
Находясь за всеми этими наблюдениями я вдруг замечаю что дождь проник во внутрь помещения где я нахожусь потому как в нос мне сильно бьёт запах сырой даже мокрой земли в перемешку с запахом старой отстающей то сырых досок масляной краски . Но придя в себя я замечаю что уже давно опустил голову на огромный детсадовский подоконник на котором стоят горшки с геранью и щучьим хвостом, от которых так сладко пахнет сырой землёй и я сразу начинаю её тайком выковыривать и есть да да есть я в детском саду ел землю из горшков с геранью. Вот вспомнил и сразу ощутил вкус той самой земли во рту. И ни одна живая сила не могла б меня остановить в тот момент от поедания этого лакомства, думал я ровно до тех пор пока за спиной не услышал писклявый голос какой то девочки, которая на весь детсад вопила: - А, он опять из горшка землю ест, Тамара Петровна! - И не успели ещё мои уши отдохнуть от писка этой ябеды, как я услышал: - Ну что ты снова её ешь, тебя что дом не кормят, всё расскажу родителям.- При это я не мог отвечать потому что указательный и большой пальцы Петровны шарили у меня во рту в поисках улик и камней которые попадались в земле, но которые я успешно обсасывал и возвращал обратно в горшок предварительно присыпав или вдавив их в землю. Вообщем, кроме запаха изо рта сырой земли, других улик Петровной обнаружено не было, но я всё равно был признан виновным и отправлялся отбывать наказание в туалет чистить зубы зубной пастой "Антошка", под присмотром той самой ябеды, и ещё двух дружинников из числа моих дружков, которые не могли себе позволить бросить меня наедине с тим "гитлером" в чудесном голубом платьишке, с двумя хвостиками торчащими в разные стороны. После выполнения исправительных работ и выслушивания всех угроз в мой адрес типа: - Я сегодня же всё расскажу твоей маме.- Я подходил к воспитателю и открывал рот с целью пройти тест на качество очистки полости рта от остатков земли и запаха её же. Успешно его пройдя я усаживаюсь за стол, за которым уже сидят мои друзья и та самая ябеда с замашками шантажиста. Мы молча поедаем самую вкусную, горячую с желтоватым масляным озерцом по середине манку в прикуску с ещё более вкусным душистым хлебом. Нахмурив брови я поднимаю глаза над тарелкой, сердито оглядываюсь по сторонам останавливаю свой испепеляющий взгляд на той самой девочке в голубоватом платьице, она смотрит на меня несколько секунд, мы начинаем улыбаться друг другу, я понимаю что мои друзья давно наблюдают за происходящим и через секунду весь детский сад взрывается хихиканьем из под стола у кого то, изо рта вываливается каша, кто-то проливает компот, звонкий детский смех перекрывает хихиканье в зал входит Петровна, всё тут же смолкает, нянечка несётся с тряпкой в одной руке и новым компотом в другой, с вафельным белым полотенце на плече. После чего начинаются обычные трудовые будни обычного советского ребёнка детсадовского возраста, о которых я расскажу как нибудь в другой раз, если кому нибудь понравилось.