Яркие солнечные лучи высветили нелепую складку на темно-красном кожаном диване, стоящего у левой стены огромного кабинета. Они слегка не добежали до длинного дубового стола и высокого стула, в котором вальяжно расположился Герман Ильич. За его спиной возвышался шкаф с многочисленными полками. Справа от стола пылились два кресла, обтянутые малиновым вельветом. Между ними притулился кофейный столик с французским сервизом, украшенным витиеватыми розочками. Кончиком карандаша Герман Ильич нажал кнопку телефона у себя на столе:
-Агата Денисовна, вызовите мне Марию, в её руках должна быть смета на поле для гольфа и заварите мне чай с кардамоном.
-Одну минутку.
Хозяин кабинета разложил перед собой три прайс-листа из разных строительных магазинов и карандашом подчёркивал совпадающие позиции. Иногда он улыбался, иногда усмехался, иногда тяжело вздыхал. Его занятие прервал скрип включившегося динамика:
-Герман Ильич, к вам Мария Павловна.
-Пусть войдёт.
В кабинет вошла молодая высокая девушка, с густо накрашенными ресницами и излишне короткой юбкой.
-Здравствуйте. Всё готово, – передавая бумаги, Мария качнула бедром, слегка напрягая ягодицы.
Герман Ильич пробежал глазами по документам. Высокая девушка подождала несколько секунд и уточнила:
-Можно идти?
Герман Ильич встал из-за стола и подошёл к шкафу. Он достал тонкую папку, протянул её Марии и вопросительно посмотрел на подчинённую. Мария неуверенно спросила:
-Устав фирмы?
-Видимо, Вы с ним не знакомы.
Герман Ильич вложил устав в руки девушке.
-Прочтите, пожалуйста.
Мария нерешительно взяла папку.
-Но я чита...
Герман Ильич перебил её, злобно выхватил папку и швырнул на стол.
-Если Вы ещё раз придёте на работу в одежде цвета, который не соответствует уставу фирмы, то я Вас уволю.
Мария попыталась что-то пролепетать в ответ, но у неё не получилось.
-Вы можете идти.
Высокая девушка неуверенной походкой, оглядываясь, направилась к двери. Герман Ильич присел за стол и погрузился в прайс-листы. Зашла секретарша с серебряным подносом, на котором дымилась чашка чая. Секретарша поставила поднос на стол шефа, предварительно подождав, когда он уберёт бумаги.
-Десять минут назад звонили по поводу завтрашнего аукциона, его опять перенесли.
-Причину не сказали?
Секретарша открыла окно.
-Как и в прошлый раз.
-Эти люди хоть немного уважают чужое время и деньги?
-Свежий воздух развеет...
Зазвонил телефон. Секретарша взяла трубку.
-Кабинет генерального директора...
Женщина протянула трубку начальнику:
-Ваша дочь.
Герман Ильич отодвинул чашку ароматного чая. Интонация его голоса стала слащавой.
-Привет крольчонок... Одну минутку, моя морковочка, - Герман Ильич повернулся к секретарше, - Разберите папки с апрельских проектов.
Женщина начала перебирать папки в шкафу.
-Доча, тебя плохо слышно,- мужчина потряс телефоном, - Экзамены не сдала? Твои преподаватели идиоты. Да-да, я три дня назад перевёл на твою карточку деньги... Ещё деньги нужны? – Герман Ильич нервно сделал глоток чая, - Затраты - это хорошо.
Секретарша вышла, но через несколько секунд вернулась с новым креплением для папки, чтобы заменить сломанное.
-Машину разбила? Баклажанчик, так с этого и надо было начинать. Тебе помощь со страховкой нужна?– Герман Ильич закурил- Но этой всего лишь полгода, рановато новую покупать... Да-да, я понимаю, мода меняется, очень быстро меняется... Нет, доча, я не курю, конечно, слежу со здоровьем... Да-да, деньги переведу.
Мужчина глубоко затянулся.
-Доча, когда люди в разводе, они не обязаны давать друг другу деньги... твоя мать может заработать сама. И тебе, огуречик, я не советую этого делать... потрать на себя. Я открою тебе ещё один счёт в банке моего нового приятеля, очень нужный человек. Туда буду переводить тебе деньги на отпуск… С сегодняшнего дня начать? Да-да, скоро увидимся.
Герман Ильич положил трубку. Секретарша расставила папки по своим местам:
-Мне заняться переводом денег для Василисы Германовны?
-На этот раз - дело семейное.
-Предполагается большая покупка?
-Чем старше дети - тем больше тратится на них денег, тем более, что я не живу с ней с... кажется, ей тогда было десять лет?
-Вы развелись с женой одиннадцать лет назад, значит ей было восемь лет.
-Тратить на неё много денег - это естественно. С Вашими детьми по-другому?
-Я стараюсь держать сына в рамках.
-Ребёнок - он всегда ребёнок. В детей нужно вкладывать. Куда могут потратить деньги чужие люди? Неизвестно куда. А ребёнок на твоих глазах, и ты всё видишь. И все видят, что твой ребёнок обеспечен. Сейчас дочери положено много тратить. Молодым девушкам, как она, следует много тратить.
-Вы думаете?...
Тем временем на другом конце города Василиса заканчивала телефонный разговор со своим отцом:
-Папа, так мы увидимся в пятницу? Целую тебя.
В центре комнаты стоял стол с коробкой вместо одной ножки. Слева шкаф без дверки, справа диван с ободранной ручкой. На диване громоздились коробки с альбомами и акварельными красками. Василиса расхаживала по комнате, пока другая девушка плела макраме. Молодой парень по имени Никита вдумчиво смотрел в окно.
-Ангелина, звони доктору Семёнову, пусть начинают операцию двухлетней девочке, я нашла деньги.
Ангелина начала стучать по клавишам телефона. Никита оторвался от окна:
-Папа раскошелится?
-Покупает мне новую машину. – Василиса виновато улыбнулась.
-А на лекарства пенсионерке с Садовой улице не хватит? И в дом престарелых нужно, они давно ждут...
-Возьмешь те, которые на ремонт старой машины будут выделены, там не только для пенсионеров хватит, ещё и в хоспис переведём. Где Катя?
-Она на этой самой машине игрушки в детский дом повезла.
Ангелина закончила телефонный разговор:
-Они начали без залога. Вась, я сказала, что под твою ответственность.
-Спасибо. Деньги будут уже сегодня вечером, папа тактичен в этих вопросах.
Никита принялся доставать верхнюю одежду из шкафа без дверки:
-Без пяти три, пора в интернат для детей-инвалидов.
-Мне ещё нужно заехать в институт, контрольную сдать, – сказала Ангелина.
-Вась, поехали без неё, дети ждут, а урок рисования всё равно тебе давать, а не ей.
Молодые люди, прихватив коробки, направились к машине.