Проклятое зеркало, что находится в доме на плантации Миртл в городке Сент-Францисвилль, штат Луизиана до сих пор хранит в себе души умершей хозяйки дома Сары Вудрафф и ее двух дочерей. Ночь в этот день была темной и безлунной – одной из тех ночей когда негр может стоять у самого лица и посчитать родинки и количество ресниц на лице вашем, а вы глазом не моргнете. Слуги уже устроили все в доме и отправились отдыхать – двери были надежно заперты, инструменты убраны в сарай и все кошки спрятаны по темным углам. Сара Вудрафф поцеловала белокурые головки дочерей своих и поднялась к себе, опустившись на колени у распятья. Библия лежала на столике, рядом с ней и свет свечи освещал позолоченный крест на ее обложке. Духота только оставляла комнату - прохлада осторожно, едва ощутимыми трепетом проходила по углам и проскальзывала по ногам.
Женщина благочестиво склонила голову, но мысли правильные все не шли ей на ум – она вспоминала негра Джо, которого пришлось высечь до крови сегодня на дворе за испорченный десяток яиц. - «Господи, вразуми врагов человечества этих – они отмечены даже цветом другим, чтобы мы могли отличать их от себя и учить их как нужно жить людям. Мы все им даем, воспитываем, тратим силы свои». - Духота заполняла комнату, и женщина опять отвлеклась, странное покалывание пронзило поясницу и поднялось выше к шее. Огненные иголки впились в кожу, и, кажется, будто что-то выдергивали из нее, тянули жилы. Женщина вскрикнула и на нетвердых ногах поднялась. Тени от свечи скакали по стенам как взбунтовавшиеся духи из самой преисподней. – «Господи, помилуй меня» – начала она и вновь застонала от режущего удара чуть пониже колена. Сердце ее застучало быстрее, в горле пересохло. – Ифе, - позвала она, - Ифе. - И не дождавшись, разглядела на столе стакан с молоком. Жадно она схватила его и двумя глотками опрокинула в горящее горло. Молоко было теплым и как будто прокисшим. Женщина скривилась и, сверкнув глазами, решительно направилась вниз. Вдруг все в ней искривилось, загорелось огнем, и тошнота подступила к горлу. Женщина в последнем усиленном движении прошептала. – Девочки мои, - сползла на пол и умерла. Верная служанка отравила ее молоко.
Позже девочки проснулись от воющих, напевных песнопений за окном, тут же залившись, потом прижались друг к другу и позвали мать. Позвали тихо, повышать голос они не решались, чтобы то таеное неясное на улице не расслышало их. Голоса все приближались, они уже разносились совсем рядом, почти за стеной, и девочки, дрожа от страха, толкаясь, сползли вниз и залезли под кровать. Через несколько минут чьи-то ноги прошли мимо них и остановились. Все те же пугающее песнопения, звуки не способные произойти из горла человеческого неслись над их головами. Скоро глаза их закрылись навсегда, а из-за ритуала вуду, души оказались навечно заперты в проклятом зеркале, стоящем напротив кровати. Время от времени их силуэты проступают сквозь темное стекло, иногда им удается оставить отпечатки ладоней на тонком серебре. Бывает, они поют. Сейчас это зеркало доступно для всех туристов, и вы сами можете заглянуть в него. Но опасайтесь встретиться лицом к лицу с Сарой Вудрафф и ее дочерьми ее в этом неровном искаженном стекле.
Оставайтесь с нами, то, что вы чувствуете - это не иллюзия. Тьма у вас за спиной...👁👁