… И видятся мне берега Сухоны и её притоков: берег Николая Фокина, берег Станислава Мишнёва, Михаила Жаравина, Василия Мишенёва, Николая Алёшинцева… А вот и берег Василия Ситникова. Поэтический берег, высокий, ветровой…
Как воды рек, в которых отражаются эти берега, впадают в конце своего пути в Ледовитый русский океан, так впадает их поэзия, их слово в океан русской литературы.
С поэзией Василия Ситникова я познакомился в середине 90-х годов, именно тогда вышла его первая книга «Побережья», были публикации в газетах, в сборниках. Многие его стихотворения и отдельные строфы я выписывал в тетрадь - «для себя». В 2002-м году вышла вторая книга Ситникова – «Красный остров»… С тех пор я не видел больших публикаций Василия Ситникова ни в областной, ни в российской периодике (может, что-то и пропустил)…
А поэт живёт на своей малой родине в деревне Морозовице вблизи Великого Устюга и по-прежнему пишет стихи. Он не лезет в первый ряд, не навязывается, не полнит стихотворными строфами безразмерные страницы интернета, не осаждает редакции…
Но когда он читает свои стихи, он, как и положено поэту, становится стихией. Я несколько раз был свидетелем этому… Вот за общим столом в Великом Устюге запели его песню, и он почувствовал неверную интонацию и тут же властно остановил песню (куда девались скромность и застенчивость!) и повёл песню сам, и была в этом природная сила…
Василий Ситников – поэт русский, поэт северный, будто оживают в его стихах предки – те, что покоряли Сибирь с Ермаком Тимофеевичем, те, что с Семёном Дежнёвым на кочах достигали восточной оконечности Евразии, те, что осваивали земли неведомые с отрядом Ерофея Хабарова… И эти же северные русские мужики в наши дни – зачастую, растерянные, потерявшие смысл… Впрочем, в поэтическом мире Василия Ситникова есть место всему: любви, тоске и радости, природе, истории, дню сегодняшнему… Есть место душе…
Его стихи музыкальны (в подзаголовке многих так и написано – «песня») и их, действительно, поют. Вот послушайте:
Собирали ягоду на болоте,
Клюкву краснобокую да бруснику.
Лес стоял разубранным, в позолоте,
Где-то тихо тетерев ровню кликал…
Есть и прямолинейно-публицистичные стихи, когда слова хлещут наотмашь:
В те былые времена
Звёздные
В сёлах жили мужики
Грозные…
<… >
А сейчас те времена
Минули.
Мужики, что тюфяки,
Хилые,
Так и стынут на ходу
С холоду,
Перед каждым гадом гнут
Головы.
До жидовских каблуков
Ластятся,
Суета, а не любовь
На сердце.
Разобщились на мирки
Узкие,
А ещё себя зовут
Русскими.
То элегичны его стихи:
Доживу до зимы
И пойду не спеша на рыбалку,
Под метельную грусть
По ледовым разводьям Двины…
То разухабисты, как вот это стихотворение, посвящённое прадеду:
Рдяной ярью небосвод
Волны красит,
Васька Ситников идёт
На баркасе.
Смоляниста тетива,
Парус грубый.
И пылает голова
Красным чубом.
Под веслом бурун кипит,
Синь во взоре.
Церковь Вздвиженья стоит
На угоре.
Островерхая веха
Кажет косу.
Волны, будто лемеха,
Порют плёсо.
Сохнут снасти по бортам
В струпьях тины.
В бочках солью пролита
Осетрина.
Стёрты в кровь
Его багровые руки.
И до Устюга всего –
Две излуки.
Вот хотел несколько строчек привести и переписал всё стихотворение. Таково свойство, такова сила настоящей поэзии – увлекать за собой, вести, одаривая словом…
В 2017-м году вышла новая книга стихов Василия Ситникова – «Созвездие волка» (Вологда, «Полиграфист»).
В книге указаны те, кто помог издать её, значит, есть люди, земляки, уважающие труд поэта, понимающие важность такой книги.
Книга большая, охватывающая, наверное, весь творческий путь автора. В сопроводительном письме Василий Харлампиевич написал: «… Не мне судить о её силе, но это моё детище, и мне как автору она дорога».
А я уверен, что книга дорога и читателям. Ведь это итог многих лет работы, может, всей жизни… И книга удалась, состоялась. Предисловие к ней написал земляк Василия Ситникова – Николай Алёшинцев. Вот как он пишет: «Сборник Василия Ситникова «Созвездие волка» настолько полное, масштабное произведение о судьбах и чувствах человеческих, что, знакомясь с ним, ловишь себя на мысли, что и говорить-то больше не о чём, всё сказано… Чувствуется авторский настрой: не казаться, а быть… стихи полновесны, откровенны и мужественны». А открывающий сборник автобиографический очерк «Начала» даёт возможность и оценить талант Ситникова-прозаика, и понять более чётко откуда, из каких глубин души, памяти взрастали его стихи…
Ну а я вновь беру с полки эту книгу – в твёрдой обложке, хорошо оформленную, объёмную, достойную поэта и читаю мои любимые стихи. И делюсь ими с читателями…
Василий Ситников
СИНЯЯ ПЕСНЯ
«По лесам, по полосам, босиком».
О. Фокина
Мы шагали по траве босиком,
Ты играла голубым васильком,
Ты смеялась надо мной, а мне вслед
Лился песен переливчатый свет.
В синем небе плыли вдаль облака,
Синей лентой извивалась река,
Синим шариком вращалась Земля,
А на ней синели синью поля.
Пели ветры, выпадали дожди,
Ты кричала: «Подожди, подожди».
Ты вздыхала: «Ах как время идёт».
А я мчался всё вперёд и вперёд.
Синей песней унеслось счастье вдаль,
Мою радость заглушила печаль,
Погрустнели голубые глаза,
И на небе разразилась гроза.
В синей речке разгулялась вода,
Ты ушла с другим навек, навсегда,
Ты ушла – исчезло всё, как во мгле,
И остался я один на земле.
Я хожу-брожу у нашей реки,
На меня с точкой глядят васильки,
Тихо шепчут мне: «Не думай о ней».
А я думаю сильней да сильней.
А на сердце неуёмная дрожь,
Может, ты меня, как в юности, ждёшь?
И кричу я в поднебесную высь:
«Дорогая, если любишь, вернись».
* * *
Старых изб придорожная грусть,
Вереи завихренного дыма,
В нас всё та же острожная Русь,
Бесшабашьем щедра и ранима.
С отголоском мятежным вдали
На кровавом распятье заката,
Если узников в прошлом вели,
То сегодня увозят куда-то.
Пусть судьбой предначертанный путь
Оборвёт эту длинную повесть,
Оживлённо вздохнёт во всю грудь
Мой последний, заждавшийся поезд.
Ты чуждаться меня не спеши,
Но когда всё же это случится,
Без тревоги мне вслед помаши
Той косынкой из синего ситца.
Я по ней не спеша отыщу
Карих глаз отгоревшее пламя,
И тогда всех на свете прощу,
На прощанье взмахнув кандалами.
* * *
У нас тёмно-русые волосы,
Искры в глаза заронены,
Зачем говорить вполголоса,
Мы у себя на Родине.
Нам ли в раздольных вотчинах
По закоулкам прятаться,
И с правотой отточенной
От наговоров пятиться.
Жили всегда в открытую,
Чтили отцов обычаи,
Это каким открытием
Святость их обезличили?
Страх вселили, метания
В наши сердца холодные,
Или выжить желание
Выжало злость природную?
Пусть слово тяжёлым колосом
Взрастёт, на миру уронено.
Зачем говорить вполголоса –
Мы у себя на Родине.
* * *
В именах бытует воля предков,
Праотцева вера в сыновей.
Зарождались имена из пепла
Родины растерзанной моей.
Их сметала конница Батыя,
Рушили германцев племена.
Но священном имени - «Россия» -
Воскресали наши имена.
И когда в минуты потрясений
Я смотрю в зеснеженную даль,
То звучит во мне Сергей Есенин
И Рубцова тихая печаль.
Кто не принял этой светлой грусти,
Сёлами оплаканной навзрыд,
Тот не нашей крови,
Тот не русский,
Хоть и русским именем прикрыт.
ПАСХА
В. Ширикову
Бессмертен Царь Царей
Сын Божий.
Всесилен щедростью большой.
И я иду по бездорожью
К нему с открытою душой.
Туда, где песней взгорок вскружен,
Качель взлетает до небес,
И, жаворонками разбужен,
Светло звенит весенний лес,
А молодняк густых подлесий
Лучами радужно обвит.
И я кричу: «Христос воскресе
Во имя счастья и любви!»