Когда пробило три склянки по полуночи с дальнего конца причала послышалась разухабистая песня, из слов можно было разобрать только “Йо-хо-хо и бутылка рома” Вскоре показался штурман Билли демократично обнимавший рулевого. Они справедливо полагали, что на четырех ногах конструкция будет более устойчива, чем на двух, но в той степени, в которой они оба находились даже конструкция на четырех ногах через каждые десять-двадцать метров давала сбой. Судя по песне эта “сладкая парочка” увлекалась вражеским фольклором. Поднявшись на ноги пять-шесть раз они все-таки добрались до трапа и всползли по нему на корабль. Рулевой добрался до своего кубрика и рухнул на рундук, спать ему оставалось четыре часа. Штурман поднялся к себе в рубку. Широко расставив ноги и шатаясь, как будто корабль находился не у причала, а несся по штормовому морю, штурман тупо уставился на карту Мексиканского залива, расстеленную у него на столе. До выхода в море, для уничтожения предпоследней пиратской базы, оставалось, как уже было сказано, четыре часа, а курс еще не был проложен. Через десять минут прокладки он уже лежал на карте лицом вниз и сладко сопел, ноги его по прежнему стояли на палубе в раскорячку.
В этой позе “Гриня” его и застал утром капитан. Не переступая комингса штурманской рубки он рявкнул во всю мощь своего голоса:
- Штурман, курс ???!!!
Едва не упавший со стола, ошарашенный штурман, с бодростью на которую он только был способен доложил
- Сто тридцать пять !!!
- Что сто тридцать пять ???!!!
- А что курс ???
- Я спрашиваю курс которым мы должны идти для выхода на базу этого внебрачного сына морской черепахи Эдварда Лау
- А ! От пиратской базы, взятой нами на прошлой неделе мы должны пойти курсом на Норд-Вест, а точнее двести восемьдесят пять градусов.
В полдень отличился, только что заступивший на свою вахту рулевой. Ювелирно проводя корабль между двух скал, торчащих из моря, как будто ни с права ни слева от этой парочки моря не было, он умудрился не заметить, что место, куда он направлял корабль уже было занято камнем, изредка показывающимся над поверхностью воды. Только волна, по чистой случайности приподнявшая барк, спасла его от пробоины, но скрежет корпуса о камень был изрядный.
Листы медной обшивки днища были взлохмачены и два ныряльщика доложили, что эти листы теперь никак не способствуют увеличению скорости корабля, а скорее наоборот.
Несмотря на это наш обезбашенный командир все таки решил продолжить поход.
На закате следующего дня капитан вызвал штурмана к себе на ходовой мостик и, протянув ему подзорную трубу, ткнул пальцем прямо по курсу.
- Что это ?
Посмотрев в трубу, штурман без труда узнал башни береговой крепости, прикрывавшей порт Санта Фе, который находился на острове Хувентуд.
- Порт Санта Фе, товарищ командир.
- Это я и без вас вижу, штурман. Я спрашиваю где пиратская база этого отморозка Эдварда Лау, куда нас должен был привести, проложенный вами курс двести восемьдесят пять градусов?
- Товарищ командир, я видимо перепутал градусы Цельсия и градусы Фаренгейта.
- Вы не перепутали, а перебрали накануне выхода в таверне совершенно других градусов.
- Старпом! После швартовки команде сход. Всем кроме штурмана и рулевого.
- А ???
- А штурману и рулевому медитировать на своих рабочих местах: в штурманской рубке и у штурвала. Будете в страданиях душу совершенствовать.
Через неделю ремонт днища корабля был закончен и барк вышел курсом на зюйд к пиратской базе Venom Beach. База оказалась пуста. В таверне удалось узнать, что Эдвард отправился отдыхать на юг.
- В Турцию что ли или в Египет. Куда уж южнее то?
Хозяин таверны сказал, что, насколько ему известно, Эдвард Лау ушел на запасную, более укрепленную базу San Antero на северном побережье Южной Америки.
Не солоно хлебавши барк “Ленинградский Комсомолец” вернулся в El Diablo Bay.
Через неделю стоянки в порту командир объявил офицерам, собравшимся на обед в кают-компании, что на завтра он запланировал выход.
- А вам, штурман …
- Я понял, товарищ командир! Проложить курс.
- Штурман, у вас совсем крыша поехала, вы когда начнете с головой дружить? San Antero находится на северном побережье Южной Америки El Diablo Bay где мы стоим уже неделю так же на северном побережье Южной Америки. Плаванье планируется каботажное, читайте по губам ка – бо –таж – но – е то есть вдоль береговой линии. Куда вы собрались курс прокладывать ???!!! Ваше место на все время перехода на баке, чтоб от безделья не страдали.
- ???
- Якорь точить будете, а то затупился, плохо в грунт входит.
На траверзе порта Portobelo штурман обратился с просьбой к капитану зайти в порт для покупки новых напильников. На что капитан процедил не поворачивая головы
- Старыми обойдетесь.
К базе San Antero подошли на рассвете. Вооружившись подзорной трубой командир разглядел, что противостоят его барку четыре линейных корабля второго ранга и, как это ни покажется смешным, два каких то блохастых шлюпа, которые на фоне громадных линкоров действительно выглядели как блохи. Через пять часов боя четыре линкора были раскатаны в четыре тонких коровьих блина. Единственное, отличие между ними заключалось в том, что корабли все таки затонули. До шлюпов дело не дошло. Куда они исчезли капитан так и не понял. Единственное, что послужило хоть каким то объяснением тайны их исчезновения было то, что один из линкоров в пылу сражения скинул за корму бочку с маслом, которая подожгла море на изрядной площади. Видимо в этом пламени и нашли свою кончину несчастные шлюпы. L
Краем глаза капитан, следя за приближением к линкорам сброшенным с барка пороховых бочек, отметил, что с одного из кораблей была спущена на воду шлюпка. В пылу сражения было не до нее, однако, забегая вперед скажем, что этот единственный выживший в сражении пират был поднят на борт “Ленкома ” на обратном пути.
Через три дня после возвращения в базу началась подготовка к последнему решительному бою. Капитан вызвал к себе штурмана. Мельком отметив просебя, что руки штурмана так до конца еще и не отмылись от чугунных опилок, он сказал
- Штурман, надо проложить курс к главной и последней базе пиратов в Мексиканском заливе. Имя ей Libertalia и ждет нас там не кто иной как Генри Морган. База далеко от всех известных нам портов и, к тому же, островная. Так что чтоб не как в прошлый раз. Сейчас нужна максимальная точность, а то опять успеет куда нибудь слинять. Ищи его потом как ветра, - он на секунду замешкался и закончил – в море.
- Я уже прикидывал, товарищ командир из порта Portobelo нужно идти на норд – вест курсом триста пятнадцать градусов. Если, придя на параллель Самой первой пиратской базы, захваченной нами Cabo de la Vela мы не обнаружим остров Моргана, будем ходить по этой параллели с оста на вест и обратно, пока не обнаружим.
- А керосина нам хватит?
- Какого керосина?
- Ладно иди уже, сын каракатицы.
После трех дней хода остров был обнаружен. По параллели Cabo de la Vela прошли всего три раза.
Генри Морган не поскупился в обороне базы стояло шесть кораблей, ничего блохастого, только линкоры и даже один или два линкора первого ранга. Увидя их капитан с сожалением цокнул языком:
-Жаль захватить не удастся, что бы не говорили о пиратах, но в плен они не сдаются, этого у них не отнимешь.
Однако не смотря на такую мощь обороны не стоило сбрасывать со счетов и опыт накопленный при захвате десяти пиратских баз. Найти остров оказалось сложнее, чем уложить на дно даже такую грозную армаду. Мортиры, а в добавок и пороховые бочки сделали свое дело.
После того как в пучину моря погрузился последний линкор капитан тихо пробурчал себе под нос:
- Люблю Дюлок. Здесь всегда так чистенько.
Если кто и услышал его, то вряд ли что нибудь понял.
После возвращения в базу команда не просыхала неделю празднуя очистку от пиратства Мексиканского залива и его окрестностей.
2