Этот фильм по праву считают одним из первых и ярких свидетельств оттепели в советском кино. Он снят по повести Владимира Тендрякова «Не ко двору». Несмотря на то что сценарий писал автор повести, финал в картине другой — оптимистический. Оттепель оттепелью, но завершать историю в точке распада молодой советской семьи тогда еще было нельзя, по крайней мере в кино — самом массовом из искусств. Кстати, «Чужая родня» стала одним из лидеров советского кинопроката 1956 года. Фильм посмотрели 24,9 миллиона зрителей!
Для Михаила Швейцера «Чужая родня» стала первой самостоятельной режиссерской работой. До нее он снимал в соавторстве с Борисом Бунеевым («Путь славы») и Владимиром Венгеровым («Кортик»). И актер Николай Рыбников, сыгравший в «Родне» прогрессивного тракториста Федора Соловейкова, еще не был звездой («Весна на Зеречной улице», «Высота», «Девушка без адреса» — впереди). А вот Нонна Мордюкова, исполнившая роль кулацкой дочки Стеши, уже имела Сталинскую премию за роль Ульяны Громовой в «Молодой гвардии» Сергея Герасимова! Их дуэт с Рыбниковым вышел пронзительным и придал фильму ту достоверность, за которую мы и сегодня ценим «Чужую родню». С момента его создания прошли десятилетия, сменились эпохи, но неизменными остаются основные категории частной жизни. Мужчина и женщина заключают союз, пускаются в семейную жизнь — и на этом пути их подстерегают многие неожиданности. Например, выясняется, что у них разные ценности и устремления. А если еще у обоих темпераменты, характеры ого-го! А если еще подключаются любящие родители! Недаром анекдоты про тещу всегда держатся в рейтингах на первых строчках…
Итак, тракторист-передовик Федор женится на красавице Стеше Ряшкиной из соседнего села. Пара — загляденье. Молодые, красивые, влюблены друг в друга. Федор перебирается в дом Ряшкиных. Хозяйство у них — дай бог каждому. Ряшкины свой огород возделывают любовно. На колхозные дела у них, правда, сил почти не остается. Общественник Федор такой порядок порицает и со временем вступает с Ряшкиными в конфликт. Стешины родители обернулись злобными кулаками и настраивают дочь против молодого мужа... Та хоть и влюблена в него страстно, отказаться от родителей не готова. И ушел бы Федор, да партийная ячейка не позволяет: молодая жена ожидает ребенка. Конечно, узнав о беременности Стеши, Федор и сам стремится к перемирию, но ясно, что жить в атмосфере кулацкого дома он долго не сможет.
Повесть «Не ко двору» заканчивалась разрывом супругов. В фильме же общество обязывает Федора перевоспитать Стешу, вытравить из нее частнособственнический инстинкт. Он приводит жену с новорожденной дочкой в свою комнату в общежитии. «В финале царит коммунальная идиллия, когда воду для новорожденной малышки подогревают друзья Федора из тракторной бригады, — писал киновед Виталий Трояновский в статье «Человек оттепели (50-е годы)». — Новое начинается с обрыва, с нулевого часа. В последнем кадре, как в американском кино, — мужчина и женщина, но поцелуя не будет. Здесь не подводится итог прожитому. Истинная жизнь героев только начинается, и они с тревогой оборачиваются ей навстречу».
Критики спорили, какая версия финала удачнее. Литературная — реалистичная, но очень уж грустная... Экранная же оставляла шанс молодой семье. Авторы фильма мудро и деликатно свели Федора и Стешу в другом пространстве, при новых обстоятельствах. Не расправились с героями-кулаками (а за это тоже упрекали Тендрякова и Швейцера!)? Ну что ж, зато перевели фокус с классового вопроса на чувство двоих людей — живое и очень сложное.