🚪 назад
Дверь открыл Рамон, отец семьи. Его имя время от времени вызывало насмешку у Лин, и потому, проговаривая про себя «отец семьи» она невольно улыбалась, ее забавляла мысль о том, что это домашнее прозвище папы звучало как титул. Он был хорошим человеком и всегда хорошо относился к ней, он был настоящим отцом, хотя и некая рассеянность, которая была ему присуща, делала его более свойским, и иногда даже более близким, чем мама. Он широко улыбался, его глаза блестели. Всем своим видом он показывал, что был рад ее видеть, и никто в мире не радовал его больше, чем младшая дочь. Под ногами уже мешалась Джина, маленькая собачка, запрыгившая на Лин словно она не игрушка.
– Евангелина, дорогая! Ты уже пришла! Мы заждались. – сказал Рамон и широко улыбнулся.
Но и никто в мире так не разочаровывал Лин, как ее отец. И особенно не могла простить ему своё собственное имя.
– Пап привет! Тебе кого говоришь надо? Я пойду ее позову.
– Ну-ну, не надо, – сказал Рамон и обнял ее за плечи. – Сегодня день твоего ангела, в такой день нужно откликаться только на своё полное имя. Мама! Элина! Угадайте кто пришёл
– Сюрприз! – выкрикнули они.
Лин заметила, что сестра стояла с тортом в руках, и скорее всего только потому, что готовила торт мама, когда та, в свою очередь, не сделала ничего, и лишь хотела выразить свою причастность ради одобрения мамы. Конечно была вероятность, что это Элина сама испекла торт, но она казалась ей маловероятной.
Свечи горели, старшая сестра Лин искрилась от удовольствия, и было совсем не ясно, то ли она издевается над ней, и её днём дурацкого имени, то ли торт вкусный и она наконец слезла со своей диеты, или действительно решила поздравить с этим вторым днём рождения, который принят в их семье на равных с основным, и была рада как и родители.
Сестра скорее всего издевается
Сестра: (-10)
Сестра сама испекла торт
Сестра: (+10)