Шла очередная, ничем не примечательная командировка в Северо-Кавказский регион. Затишье. Уже две недели мы не слышали выстрелов, нас никто не обстреливал, счастье, тишина и спокойствие. Все это, вместе взятое, плюс, наверное, еще и отсутствие большого боевого опыта (да и откуда ему взяться-то у молодого и зеленого лейтенанта), сыграло с нами злую шутку…. Вот уже несколько дней, как мы с товарищем, командиром соседнего взводного опорного пункта, договорились, что я к нему приеду на пару часов, сам развеюсь, посмотрю, что вдоль дороги творится. Да и пообщаться хотелось не через радиостанцию, где в открытом эфире не особо-то и поговоришь. Собрались. В бронетранспортер грузились: я, медичка (санитарный инструктор в звании прапорщика), водитель, пулеметчик и человека четыре в десантном отсеке. Причем я на выезды всегда старался брать самых отпетых хулиганов и раздолбаев, зная, что в сложных и критических ситуациях они не будут теряться и будут вести себя адекватно. Бросив на броню как
Шла очередная, ничем не примечательная командировка в Северо-Кавказский регион. Затишье. Уже две недели мы не слышали выстрелов, нас никто не обстреливал, счастье, тишина и спокойствие. Все это, вместе взятое, плюс, наверное, еще и отсутствие большого боевого опыта (да и откуда ему взяться-то у молодого и зеленого лейтенанта), сыграло с нами злую шутку….
Вот уже несколько дней, как мы с товарищем, командиром соседнего взводного опорного пункта, договорились, что я к нему приеду на пару часов, сам развеюсь, посмотрю, что вдоль дороги творится. Да и пообщаться хотелось не через радиостанцию, где в открытом эфире не особо-то и поговоришь.
Собрались. В бронетранспортер грузились: я, медичка (санитарный инструктор в звании прапорщика), водитель, пулеметчик и человека четыре в десантном отсеке. Причем я на выезды всегда старался брать самых отпетых хулиганов и раздолбаев, зная, что в сложных и критических ситуациях они не будут теряться и будут вести себя адекватно.
Бросив на броню какие-то поролоновые подушки, ну, чтоб причинное место не отморозить, сел на броню возле медички, свесив ноги в командирский люк. В десантный отсек, открыв верхние десантные люки, встали наблюдатели. Все, теперь мы были готовы к выезду. Круговой обзор себе обеспечили, в люк спрятаться недолго.
К слову сказать, метрах в 400 от моего взводного опорного пункта, дорога делала небольшой поворот. Ехали мы небыстро, километров 30-40 в час…. Тишина и спокойствие… Ни одной машины на дороге. Как я уже говорил ранее, опыт… он отсутствовал… Я не придал значения отсутствию машин на обычно очень оживленной трассе….. БТР (бронетранспортер) зашел за поворот… Тишина. По-моему, первые удары пуль по броне (своеобразный дзинь-дзинь-дзинь) я услышал раньше звука выстрелов.
Реакция у меня всегда была хорошей, да и решения в критических ситуациях принимаются как-то мгновенно, по крайней мере, у меня. Время как бы замедлилось, видя, что остальные еще не втыкают в то, что происходит и сидят-стоят этакими болванчиками, я начал действовать. В первые несколько мгновений уместилось сразу несколько фраз и действий: схватил медичку за волосы и толкнут ее в люк с криком: «Съе……сь!» (а что, по моему, емко и действенно), в это же время крикнул водиле: «Газуй, су….а!», а пулеметчику и наблюдателям дал команду на открытие огня (емко и коротко:«Огонь!»).
Сам же, видя что медичка еще в люке и мне одновременно с ней туда не попасть, а времени подождать когда она отодвинется, как бы и нету - количество «дзиньков» по броне только увеличивается - решил перекатом уйти на правый скат брони, на сторону, которая, как я думал, не подвержена обстрелу и распластался на ней эдакой боевой зеленой медузой. Внезапный рев мотора…. рывок….Какая-то белая черта за кормой БТР… Какая-то вспышка… Рука медички, вылезшая из люка и нащупавшая мою, все как картинке и не со мной. Все это под несмолкаемый стрекот автоматов...