Как не страшно умирать...

Комнату для удобства мы разделили книжной полкой. В левой половине сейчас живет Сева. А осенью там жила Наталья Борисовна.

Умирать страшно. Я думаю, ей было страшно, но не так страшно, если бы она осталась в Минске среди чужих людей, пусть и знакомых, но чужих. Аня уговорила (умолила) переехать ее к нам, в Лавришево.

В дом она вошла в конце августа , вошла пусть и с помощью, но сама. Через две недели она уже не ходила и говорила с трудом.

Она храбрилась. Храбрилась с самого начала как узнала о своей болезни. Ученый, геолог, увлеченный альпинист и путешественник.

Она улыбалась. Всегда. Говорила с трудом и улыбалась. Обнимала внучек и внука и нас и улыбалась.

И, она не верила, не верила до конца, что это произошло с ней. Она умирала и не верила. Болезнь, мучительная «химия», операция…и все впустую.

Вот еще год назад, летом, мы собираем с ней чернику в Налибокской пуще, она бодра и полна энтузиазма. Она освоила компьютер и интернет, начала учить английский… Все. Она хрипит ночью и не может самостоятельно есть.

Я попросил в монастыре инвалидную коляску, сделал съезд в другие комнаты, и вот Аня уже везет ее в монастырь, за Неман, несколько километров. На дворе осень, солнце,

Чудо.

В одни субботний день я открыл широко двери в комнату и и вдруг осознал всю полноту этой ситуации. На одной половине комнаты играл с девочками наш сын семи месяцев, Иларион, начало жизнь рассвет, а на другой половине лежала в постели Наталья Борисовна, восьмой десяток, закат. И вот я, стою и смотрю на все это со стороны, мне сорок, половина жизни даст Бог. Все сошлось, все стало на свои места. Мистически смысл семьи как она есть. В одном месте, в одно время. Все поколения.

Начало, середина и конец.

Чувства. Говорите друг другу о свои чувствах. Ане, моей жене было очень тяжело, она трепетно относилась к маме, но у них не было принято выражать чувства. Да, учтивость, доброе отношение, внимание, но так, чтобы сын закричал на весь дом «Папочка я люблю тебя»… такого не было. А мы кричим, и говорим, и обнимаем друг друга.

-Сынок, я люблю тебя. И я тебя люблю папа.-Ты классный парень. И ты тоже папа классный парень.

С каждым днем ей становилось все хуже и хуже. Ночью было слышно ее тяжелое дыхание. Вдох, пауза пять секунд, выдох и так всю ночь. Отец Евгении исповедывал ее, причастил, соборовал. На следующий день она перестала кушать. Аня металась по дому и не знала что делать. Как утешить, как помочь. Мы понимали, что мама умирает, дело нескольких дней. Мы собирались на ее половине. Аня разговаривала с мамой, вспоминала самые лучшие моменты жизни, пела.

Последний вечер.

В нашей семье есть замечательный обычай. Вечером, когда ужин уже стоит на столе, мы с сыном выходим на улицу в надежде что Господь пошлет странника, Ангела. И в этот вечер послал, это была соседка, бабушка Таня, ей 83 года. Во время ужина мы услышали как тяжело начала дышать Наталья Борисовна. Мы бросились в комнату. Я, Аня и Сева, Иларион в кроватке. Она уходила. Спокойно. Вдох-выдох. Она все слышала и понимала. С ее левого глаза скатилась слезинка. Я начал читать последование…Аня держала ее в руку в своей и только повторяла: — Мамочка, мамочка и плакала. У Севы брови сошлись на переносице, он просто молчал и внимательно смотрел на любимую бабушку. Через 15 минут ее не стало.

Вот так. Она умерла на руках у любимых людей. Об этом можно только мечтать. И так, умирать не страшно. Берегите любимых. Будьте рядом. Живите так, чтобы не было страшно умирать. Мы все умрем. Вы понимаете? Говорите слова, которые возможно не сказали, делайте поступки, в любое мгновение близких может не стать. Благослови вас Господи.