Лето. "Приснопамятное"... первое сознательное лето в деревне, в живом, зеленом, практически никем не населенном мире. Лет мне семь, восемь, девять... Вот этого точно не помню. Может быть, несколько лет похожих...
Я сижу в саду на старой непременно антоновской яблоне, в руках у меня книга.
Книг в деревне мало. Нашим чтением никто не занимается. Эта нашлась на чердаке - в серо-голубом матерчатом переплете старая хрестоматия по русской литературе для восьмого кажется класса.
В хрестоматии - Лермонтов. "Герой нашего времени". "Княжна Мэри". Открытые окна дома у подошвы Машука, Кавказ, и смотрит на него задумчиво нежный и грустный демон-мальчик.
Две женщины, нежные и беззащитные. Точнее только одна из них женщина. Другая, как и я, девочка. Ну, чуть постарше. Умирающая от любви Мэри, которая так и не успела расцвести.
Кто сейчас разрешил бы едва-едва третьекласснице такие книги? Что она во всем этом понимала? А тогда... разрешил кто-то.
И это был он. Ангел речи.
Девочка сидела невысоко на старом полусухом дереве одна во всем мире - и слушала музыку Лермонтова. Который потом так и не стал её любимым поэтом.
Но стала она с тех пор и навсегда - дитя слова.
Лето. Деревня. Дача. Книга. Живое русское слово. Всё это есть и сегодня. У кого-то сегодня всё только начинается.
Тот ребенок, та девочка, которая сегодня возвращается ко мне, не просто любила стихи или умела их читать. Она сама была ребенком-стихотворением.
Нет, не писала, даже не помышляла об этом. Но читала так, что взрослые, особенно старики, плакали. Удивлялись. Умилялись. И прощали всё.
Это было так важно в детстве - докричаться, рассказать всем, что он есть, ангел речи. И что он на самом деле самый главный.
Это так важно было всю жизнь. Остальное - суета.
Он спасет нас, но он так слаб без нас. Без нашей чуткости, без нашей преданности.
Нас много, детей слова. Тех, кто может услышать. Не всем дается время и силы, чтобы создать что-то стоящее. Но всё-таки Россия - страна писателей и читателей.
Страна самой великой в мире литературы. Страна непостижимого, самого мощного и мистического наречия.
Сегодня наша Родина - уже не столько территория, сколько язык и люди, которые говорят на нем по всему миру.
И нет, я не говорю высокопарно. Я просто молюсь. Прибегаю к нему, ангелу речи, посланному нам Богом. В покаяние. Во исцеление. Во спасение.
Если что-то и поможет нам... еще, то только Живое Русское Слово. Я верю.
