Профессор-инфекционист объяснила, почему вакцина от коронавируса может не понадобиться
Самое страшное и бесполезное, что можно сделать в условиях пандемии, — поддаться панике. Об этом Федеральному агентству новостей заявила доктор медицинских наук, профессор Ирина Шестакова, ранее занимавшая должность главного внештатного специалиста по инфекционным болезням Министерства здравоохранения РФ.
В подробном интервью ФАН медик объяснила, как вести себя в условиях возрастающей угрозы заражения новой инфекцией и почему пора перестать наконец волноваться из-за коронавируса.
Рукотворная природа вируса: вопросы есть, доказательств нет
— Ирина Викторовна, давайте уточним, с чем все-таки сегодня имеет дело весь мир: что представляет собой новый коронавирус? Последствия его появления и меры предосторожности оказались беспрецедентными. Можно ли предположить, что и сам вирус обладает невиданной доселе силой или скрывает в себе какие-то загадки?
— Коронавирусов существует больше 40 видов штаммов. Как нам известно по публикациям, доля коронавирусных инфекций в целом среди всех ОРВИ в каждой сезонной вспышке может варьироваться от 7% до 20–22% — это зависит от возраста контингента. В среднем в мире этот показатель составляет процентов 15, а в России — примерно 10.
Кроме того, коронавирусы других типов уже вызывали вспышки заболеваемости на планете. В 2002–2003 годах была вспышка тяжелой атипичной пневмонии, она тоже была коронавирусной. В 2015 году прошел ближневосточный респираторный синдром — это тоже был коронавирус.
Большинство коронавирусов обычно относятся к третьему классу патогенности, но в этих случаях речь идет о возбудителях, которые вызывают энтерит, то есть поражение тонкой кишки. А нынешний коронавирус (SARS-CoV-2) отнесен ко второй группе патогенности.
САМ ОТВЕТ НА ВОПРОС!
— Самой опасной в этой классификации считается первая?
— Да, в России именно так выстроена градация. SARS-CoV-2 отнесен ко второй, а не к третьей, потому что начал провоцировать тяжелый респираторный синдром и может вызывать поражение нижних дыхательных путей. Пока сложно дать полноценную оценку этому вирусу: он новый, имеет новую структуру.
— Многим эта структура, строение РНК вируса, кажутся неестественными. Выдвигаются различные теории, в том числе о том, что мы имеем дело с биологическим оружием. Насколько эти версии вам кажутся правдоподобными?
— Я слышала разные мнения по этому поводу. Вопросы есть, и у специалистов в том числе. Но информации, которая с высокой степенью доказательности подтверждала бы, что это инжиниринговый вирус, на сегодня все-таки нет.
То, что я видела, и то, что говорят вирусологи — я имею в виду именно вирусологов: не врачей, а именно лабораторных сотрудников, которые занимаются вирусологией, — они говорят о том, что все-таки, несмотря на его необычность, его строение укладывается в целом в так называемое коронавирусное древо.
Если рассматривать строение тех коронавирусов, что были известны раньше: это и те, которые встречаются в том числе у животных, и поражающий человека SARS (атипичная пневмония. — Прим. ФАН), и MERS (ближневосточный респираторный синдром. — Прим. ФАН), — то новый вирус в этом древе находит свое место. Сейчас встречаются спекуляции на эту тему, но — еще раз повторю — никаких подтвержденных данных по этому поводу пока нет.
— Однако в обозримом будущем они могут появиться?
— Должно пройти какое-то время, чтобы появились официальные данные, в том числе по итогам эпидсезона, о том, как это все происходило, и мы проанализировали первые результаты.
Вакцина может не понадобиться
— Сколько, по вашему мнению, будет продолжаться режим ограничений, отмен и запретов? Вы говорили о подведении первых итогов по изучению нового коронавируса к концу эпидсезона. То есть, условно говоря, к концу весны общество сможет вернуться к привычному распорядку?
— Да, все этого ожидают. И вы можете заметить, что даже жесткие ограничительные меры, которые введены во многих странах, действуют до 12–13 апреля, где-то — до 1 мая. В течение этого периода ожидается улучшение эпидситуации.
— И Россия к этому периоду успеет пройти через пиковые значения по количеству заболевших, раз у нас только регистрируются первые десятки заболевших? Или к лету это уже будет неважно?
— Так нельзя ставить вопрос — объясню, почему. Дело в том, что даже этого нового вируса существуют несколько штаммов. И тот штамм, который начинался в Китае, отличается от того, который сейчас циркулирует в Европе и, в частности, в Италии. Вирусы постоянно мутируют. Они существуют намного дольше, чем человечество, и они приспособлены к выживанию именно с помощью мутации.
Считается — так чаще всего происходит — что начинается эпидсезон с более вирулентного (агрессивного. — Прим. ФАН) и патогенного штамма. Потом в процессе вспышки благодаря мутациям его вирулентность снижается, поэтому заболевание может значительно легче протекать и сойдет в этом плане совсем на «нет».
Я сейчас не говорю о том, что к осени мы об этом вирусе забудем совсем. Но, вполне возможно, он уже не будет вызывать такого волнения.
— И возможно, к осени успеют зарегистрировать первую вакцину против нового коронавируса?
— Создание любой вакцины — это небыстрый процесс. Мало того, что нужно выделить, культивировать штамм… Сейчас уже американцы, китайцы заявили, что вышли на этап клинических испытаний — но они в любом случае будут продолжаться не меньше нескольких месяцев. А впоследствии эта вакцина может просто оказаться неактуальной.
— Вакцина может не понадобиться? Поясните, пожалуйста.
— Когда развивался ближневосточный респираторный синдром в 2014–2015 годах, тогда ведь тоже начинались работы по созданию вакцины, и было много публикаций на эту тему на тот момент. Но потом и публикации практически закончились, и финального этапа и регистрации вакцины не произошло. Потому что для внедрения любой вакцины нужен контингент.
Например, если сейчас штамм натуральной оспы не циркулирует, то какой смысл нас всех от него вакцинировать? Вы реально не сможете говорить о том, эффективна или неэффективна вакцина, потому что вируса реально нет в циркуляции. Поэтому на тот период вкладывать деньги в создание вакцины никто не стал — это трудоемко и долго, а вируса нет.
Возможно, и в случае с SARS-CoV-2 мы придем к такой же ситуации. Но сейчас никаких точных прогнозов делать никто не будет.