В последние годы появилось много исторической литературы о царствовании императора Павла I. Это архивные документы, письма, исследования, мемуары - свидетельства эпохи и людей лично знавших Павла Петровича. Личность императора постепенно выходит из анекдотического тумана, в котором она пребывала более двухсот лет. Перед нами предстает истинное полотно жизни того времени, без прикрас и фальши.
Сегодняшние публикации подтверждают мысль князя Вяземского: "Все царствование Павла, вероятно, излишне очернено. Довольно и того, что было, но партии не довольствуются истиною."
Одним из тех, кто донес до нас драгоценный источник воспоминаний о Императоре Павле был Николай Александрович Саблуков. Автор записок с удивительной правдивостью и искренностью передал беспристрастные факты о личности императора до конца сохранив верность присяге.
Небольшой фрагмент из этого повествования я и хочу сегодня вам представить.
"В Гатчине насупротив окон офицерской караульной комнаты рос очень старый дуб. Это дерево, как сейчас помню, было покрыто странными наростами. Один из этих наростов до того был похож на Павла с его косичкой, что я не мог удержаться, чтобы не срисовать его. Когда я вернулся в казармы, рисунок мой так всем понравился, что все захотели получить с него копию. Воспроизвести его было нетрудно, и я раздал не менее тридцати иди сорока копий. История с моим рисунком дошла до сведения Императора. Будучи после этого еще раз в карауле, я от нечего делать занялся срисовыванием двух очень хороших бюстов, из которых один изображал Генриха IV, а другой Сюлли. Окончив рисунок с Генриха IV, я был очень занят срисовыванием Сюлли, когда в комнату незаметно вошел Император, стал сзади меня и, ударив меня слегка по плечу, спросил:
-Что вы делаете?
-Рисую, Государь, - отвечал я.
-Прекрасно! Генрих IV очень похож, когда будет окончен. Я вижу, что вы можете сделать хороший портрет... Делали вы когда-нибудь мой?..
-Много раз, Ваше Величество.
Государь громко рассмеялся, взглянул на себя в зеркало и сказал: "Хорош для портрета!" Затем он дружески хлопнул меня по плечу и вернулся в свой кабинет, смеясь от души.
Думаю, нельзя было поступить снисходительнее с молодым человеком, который нарисовал его карикатуру, но в котором он не имел повода предполагать какого-либо дурного умысла."
Остается только добавить, что история в конечном счете все расставит по своим местам, проверит факты, отделит главное от второстепенного и займет высоту, до которой не достигнет ни похвала, ни порицание.