Воля больных изображать под какой угодно формой превосходство, их инстинкт окольных путей, ведущих к тирании над здоровыми, - где только не встретишь ее, эту волю к власти, характерную как раз для наиболее слабых! В особенности у больной женщины: никто не превзойдет ее в raffinements по части господства, гнета, тирании. Больная женщина не щадит для своих целей ничего живого и ничего мертвого, она заново раскапывает от века схороненную ветошь (богословы говорят: "женщина - это гиена"). Взгляните за кулисы любой семьи, любой корпорации, любой общины: повсюду вам бросится в глаза борьба больных против здоровых - борьба исподтишка, чаще всего с помощью малых доз ядовитого порошка, булавочных уколов, коварной мимики страдальца, но временами и с тем фарисейством громких жестов, каковым больной охотнее всего разыгрывает "благородное негодование".
“Эмансипация женщины” – это инстинктивная ненависть неудачной, т.е. не приспособленной к деторождению женщины к женщине удачной – борьба с “мужчиной” есть только средство, предлог, тактика. Они хотят, возвышая себя как “женщину в себе”, как “высшую женщину”, как “идеалистку”, понизить общий уровень женщины; нет для этого более верного средства, как гимназическое воспитание, штаны и политические права голосующего скота. В сущности, эмансипированные женщины суть анархистки в мире “Вечно-Женственного”, неудачницы, у которых скрытым инстинктом является мщение… Целое поколение хитрого “идеализма” – который, впрочем, встречается и у мужчин, например у Генрика Ибсена, этой типичной старой девы, - преследует целью отравление чистой совести, природы в половой любви… И для того, чтобы не оставалось никакого сомнения в моем столь же честном, сколь суровом взгляде на этот вопрос, я приведу еще одно положение из своего морального кодекса против порока: под словом “порок” я борюсь со всякого рода противоестественностью или, если любят красивые слова, с идеализмом. Это положение означает: “проповедь целомудрия есть публичное подстрекательство к противоестественности, Всякое презрение половой жизни, всякое осквернение ее понятием “нечистого” есть преступление перед жизнью, - есть истинный грех против святого духа жизни”.
— Friedrich Nietzsche — «Zur Genealogie der Moral» / «Ecce Homo» .