Продолжение. Начало тут
Пока водители и охрана подбирали челюсти с пола, мотоциклист обогнал кортеж и стал нагло подрезать первую машину. Как ни маневрировал её водитель, оторваться от навязчивого попутчика не удалось – тот не отставал ни на миллиметр, двигался рядом, точно приклеенный, всё прижимая и прижимая к обочине.
Этот цирк длился до тех пор, пока из автомобиля «шишки» по рации не был дан приказ всё-таки остановиться, и кортеж, машина за машиной, замер у обочины. Ехавшие в нём люди продолжали тихо переговариваться и время от времени ловить челюсти: они ещё ни разу не видели, чтобы кто-то осмелился их остановить, а тем более догнать и подрезать на старинном драндулете.
«Мент, тебе хана», - было общей мыслью всех присутствующих.
Между тем «мент» оставил своего железного коня и, безошибочно определив местоположение главного человека в этом сборище, двинулся к его внедорожнику. Водитель опустил стекло, приготовившись к диалогу, и обомлел: перед ним стоял металлический человек в форме. Гаишник. С постамента. В свете фонарей отполированные руками туристов части его тела радостно сверкали.
- Здравия желаю! – проскрипел блюститель дорожного порядка. – Нарушаем? Вы что, знаков ограничения скорости не видели?
- Эээ… - протянул ошарашенный водитель. – Ну… Это…
Он просто не знал, что сказать. Больше всего ему хотелось зажмуриться и перекреститься, но в черепной коробке бегала дурная мысль: это советский милиционер, он неверующий, крестное знамение не поможет.
- Документы предъявите.
Водитель оглянулся на шефа, который тоже временно превратился в статую, вздохнув, достал документы и протянул бронзовому гаишнику. В салоне стояла тишина – мертвее некуда. Из соседних автомобилей, вопреки инструкции, никто не выходил. В открытое окно светила луна. Атмосфера жути нарастала.
Между тем милиционер бегло просмотрел бумаги и вернул владельцу.
- Документы у вас в порядке, но штраф заплатить придётся. - Металлический голос в тишине звучал неестественно громко, и вступить в диалог с ходячей статуей больше пока никто не решался. – Я выпишу вам квитанцию, и уж будьте добры не затягивать с оплатой. Это в ваших же интересах. Закон один для всех.
- Аа… Да… Конечно… - промямлил несчастный водитель, принимая из бронзовых пальцев чуть помятую бумажку. Ему уже казалось, что он вот-вот потеряет сознание, а шеф по-прежнему не вмешивался.
- Счастливого пути! - Милиционер козырнул и двинулся к своему верному коньку, оседлал его и как ни в чём не бывало помчал назад, по направлению к городу.
- И что, заплатил вероятный губернатор штраф? – с хитрой улыбочкой спросила Катя, потягивая чай из изящной чашечки.
Мы сидели в кафе недалеко от перехода, справедливо решив, что такие истории нужно рассказывать и слушать в уютной обстановке и желательно с чем-то вкусненьким.
- Разумеется, нет. Всем свидетелям происшествия под страхом смертной казни и посмертной анафемы было велено забыть всё, словно страшный сон.
- И потом гаишника перенесли?
- Нет, чуть позже. – Я не могла сдержать улыбки. – Говорят, что в одну из последующих ночей гаишник, неизвестно откуда узнавший о том, что штраф не оплачен, подрезал кортеж ещё раз и провёл долгую и душещипательную беседу о необходимости платить по счетам, раз уж нарушаешь правила. Ай-яй-яй, одним словом.
Тут уже прыснула Катя.
- Так что не выдержал злостный нарушитель пэ-дэ-дэ и воспользовался служебным положением, чтобы освободить себе дорогу домой, - завершила рассказ я. – Вот такую историю придумал наш народ по поводу переноса статуи.
- Да нет, Тань, - задумчиво протянула подруга. – Мне кажется, в вашем городе это вполне реально. Тут чего и кого только нет. Так что и памятники, сошедшие с постаментов, вполне могут существовать.
Я сжалась в притворном ужасе:
- Главное, чтобы Князь Владимир не пошёл в народ, а то мало ли что.
Мы рассмеялись и заказали новый чайник чаю. Нам было ещё о чём поболтать.