Очевидная тенденция в мировой экономике – переход к продуктам совместного потребления.
Объем экономики совместного потребления в России (sharing economy) в 2019 году вырос на 51%, до 769,5 млрд руб.
Sharing economy включает в себя каршеринг и карпулинг, краткосрочную аренду недвижимости, краудфандинг, интернет-витрины и биржи фрилансеров. Ключевое - есть возможность БЫСТРОГО доступа к какому-либо ресурсу, услуге без больших разовых затрат.
Макроэкономические тенденции влияют на все сферы бизнеса, в том числе и на рынок недвижимости.
Но какую пользу принципы потребительской шеринг-экономики могут дать бизнесу в секторе В2В и В2С, и что такое продукт, обладающий свойствами совместного потребления?
Недвижимость и инвестиции в нее, являются очень консервативной, высокобюджетной и продолжительной сферой бизнеса, и понимание свойства продукта с точки зрения потребителя играет определяющую роль.
Задаются ли сейчас девелоперы вопросом: какой продукт в недвижимости лучше подходит для шеринг-экономики?
Что можно продавать быстро, в розницу и на короткий период?
Очевидных примеров реализации несколько:
· Аппарт-отели, хостелы и посуточная аренда;
· Коворкинги;
· Склады совместного пользования;
· «гаражная экономика»;
Другой тренд в экономии времени – совмещение функций:
сервисные и рекреационные апартаменты, дома престарелых, коворкинги с производственными и складскими площадками, мультифункциональные торговые центры.
Останется ли тренд на совместное пользование и на еще большую цифровизацию, или уроки «самоизоляции», дефицит человеческого внимания откорректируют требования к функции продукта?
Вот красноречивый заголовок:
Человеческий контакт - теперь роскошь
распространение цифровых услуг приводят к созданию новой реальности, где в категорию товаров люкс попадали не гаджеты и технологии, а человеческое взаимодействие.
статья NYT
«Ничего не будет — ни кино, ни театра, ни книг, ни газет. Одно сплошное телевидение».
Доступность информации и виртуализация жизни, дешевизна гаджетов привели к тому, что любое место, перемещаемое на экран (магазин, класс, больница, ресторан), может сократить расходы. Любая работа, которую можно вынести в виртуальное пространство, становится дешевле. Ощущение жизни заменяется на глянцевую витрину планшета и телефона.
Однако, богатые так не живут: они избегают экранов и соцсетей, они хотят, чтобы их дети играли с кубиками, а частные школы без технологий переживают взлет. Человеческий контекст дороже, и богатые люди готовы и способны за них платить. Личное общение с людьми: жизнь без телефона в течение дня, выход из социальных сетей и отсутствие ответа на электронную почту - стало символом статуса.
Радость от интернет-революции носила демократический характер, однако «бесплатная свобода слова» стоит на фундаменте продажи личных данных в целях рекламы далеко не самых здоровых продуктов и услуг, целевая аудитория которых дети, подростки, и люди с низким уровнем дохода.
Пандемия ярко обозначила два разнонаправленных тренда. Один на всеобщую цифровизацию бизнеса и жизни, другой, на повышение ценности прямого человеческого взаимодействия.
Люди хотят вернуть магазины, парки, театры, салоны, а не стать продолжением сериала «Черное зеркало».
И новый интерес к загородному и малоэтажному жилью, развитие арт-пространств, даже желание вернуться в офисы с «удаленки» это подтверждают.
Так какие форматы продукта в недвижимости станут востребованы в ближайшие годы?
Появятся ли новые Airbnb и WeWork? Где есть перспективы роста?
Читайте продолжение…
написано на основе и под влиянием статьи NYT