(Продолжение. Начало тут Стефан & Черногорец . )
На лето я уехала домой.
Обстановка в Будве а сезон не располагает ни к отдыху, ни к релаксу. Жара, дороговизна, толпы народу.
Ад, короче.
Решила, что как обычно, вернусь в начале сентября и пробуду в отеле Стефана до конца ноября. Деньги заработаны, проблем нет.
Взяла с собой всё для ремесла, чтоб давать мастер-классы как весной.
Но мне надоело "визоранить" , т.е. мотаться в Сербию для продления пребывания в ЧГ и я оформила себе визу на три месяца в посольстве, благо оно неподалёку, на Мытной .
Стефан заботливо прислал мне ваучер, к котором сообщалось, что я оплатила отель за три месяца вперед.
В отличном настроении я прибыла в аэропорт Тиват , вышла на улицу и начала искать глазами черногорца, который должен был меня встречать.
Его нигде не было. Не очень то приятно торчать у аэровокзала, когда тебя знает каждый таксист. Чувствуешь себя полной дурой.
Я ждала минут сорок. Явился. Рожа недовольная, что-то невразумительное пробурчал себе под нос... Да, да, Вы не ошиблись, это тот самый человек, которому я помогла финансово очень нехило.
А ведь только утром я разговаривала по телефону со Стефаном и он рвался меня встретить или прислать своего брата Бронислава...
Черногорец привез меня к отелю, но остановился не у входа, а не доезжая метров десять...
У меня сразу зародилось подозрение, что , что-то тут не так...
Меня радушно встретили , разместили и я отправилась навестить друзей.
Вечером меня просит зайти Стефан. Я прибегаю, совершенно не предчувствуя ничего опасного...
Вхожу. Стефан сидит мрачный, как грозовая туча и заявляет мне, коверкая русские слова (он всегда забывает русские падежи , когда психует) :
"Я не желаю, чтоб нога черногорца ступала на порог моего отеля. Это мой дом. Я тут живу. Не желаю его у себя видеть.
Если тебя это не устраивает, то найди себе другой отель. У тебя полно друзей и с этим проблемы не будет"
И это при том, что в моём номере кроме меня никто никогда не ночевал!
Меня от этих его слов чуть не расколол паралич. Я поднялась к себе в номер и судорожно начала собирать наполовину распакованные вещи...
Через 15 минут прибежала встревоженная Власта. Она просила меня остаться и простить Стефана. Я же сама такая же бешенная как он и должна его понять... Что он все лето меня ждал и только твердил "Лена, Лена" ... Достал всех. Все уже ржали над ним ...
Я плакала и ничего не отвечала. Я точно знала, что не останусь в Аззуро ни при каких обстоятельствах.
Потом пришел Стефан. Просил прощения, говорил, что погорячился, что пускай ко мне ходит кто хочет, только бы я не уходила...
Короче, я позвонила подруге, которая меня в своё время заселила к Стефану, рассказала ей всё и она пристроила меня в другое место. Еще ближе к морю и за 6 евро в сутки.
Позлорадствовав, что мол она весной говорила, что всё плохо кончится и Стефан меня выгонит. Я передала тогда её слова Стефану, мол Ольга сказала, что ты выгонишь меня из отеля. На что Стефан презрительно произнес: " Эта Ольга - старая дура! Я не выгоню тебя из отеля ни при каких обстоятельствах"
Я переночевала в Аззуро, а рано утром переехала вместе со своими пожитками к Княжевичам . Стефана не было, он уехал по делам...
Когда вернувшись, он узнал, что я ушла , то орал , метал гром и молнии и разгромил весь свой кабинет ...
Но, привезенный мною с Корфу хрупкий, керамический подарок, по непонятным обстоятельствам не пострадал...
Потом, когда мы сталкивались на улице, у него был такой вид, будто он встретил Люцифера. Меня раздирал ужасный ржач, но я сдерживалась .
Я так и не узнала толком, что же произошло пока меня не было.
Откуда такие эмоции... Почему оба такие злые... Мне рассказывали какие-то сплетни и сомнительные версии, но я не приняла их всерьёз.
Горячие балканские парни. Собственники хреновы.
И, в заключении - я лучше оторву Стефану башку, чем причиню хоть малейшие неприятности его очаровательной супруге.
Я таких людей как она ещё не встречала... Просто чудо природы , эталон доброты, терпимости и милосердия.
Соберу остатки этой мелодрамы, "Балканской Санта-Барбары" и напишу последнюю, завершающую публикацию завтра.
Эпилог "Последнее прости"