Осторожно, спойлеры!
Многие привыкли к тому, что сказка – произведение ориентированное, преимущественно на детей. Хотя изначально этот жанр детским не был. Да и вообще деление на детскую и взрослую в те далёкие времена не было. И телевидение ещё не изобрели. Поэтому вся семья вечерами развлекалась тем, что слушала сказки. Да-да именно слушала, а не читала, потому что письменность тоже ещё не распространилась по всем деревням и весям. Это потом уже появились люди, подобные Шарлю Перро или Александру Афанасьеву, которые собирали и записывали сказки. Кстати, первоначальные варианты тех же французских народных сказок были слишком жесткими для современной детской литературы. В частности, сестры Золушки самолично отрезали себе пальцы на ногах, чтобы хрустальная туфелька пришлась впору. Эту и тому подобные кровавые подробности в дальнейшем из народных сказок убрали, чтобы адаптировать их для детского чтения.
Но в последние несколько лет в литературе наблюдается обратный процесс. Сказки активно переосмысляются и переписываются на новый лад. Зачастую с обратным знаком, где чёрное становится белым и наоборот. Но не всегда. Известны случаи, когда в знакомую с детства сказку просто добавляют более реалистичные элементы, делая сюжет как минимум неоднозначным. И причина тому вовсе не кризис идей, как многие могут подумать. Потому что придумать новую интерпретацию старой сказки ничуть не проще, чем придумать ту же сказку, как говорится, с нуля. Одной из причин для такого может быть стремление расширить целевую аудиторию, сделать сказку интересной читателям различных возрастов. Ну и простое желание автора пересказать любимую сказку, поделиться своим видением с другими, нельзя сбрасывать со счетов. Может ему или ей с раннего детства финал не нравился, вот и возникло желание переписать историю? Алексей Толстой и Александр Волков примерно так и поступили. В итоге мы получили замечательные произведения, которые давно стали классикой детской литературы. И Толстой и Волков в своих пересказах тоже ориентировались на детскую аудиторию, поэтому их книги нельзя в полной мере отнести к жанру антисказки. А вот пьесы Евгения Шварца к антисказкам более чем близки, хотя и были написаны до появления этого термина.
А появился он в творчестве Владимира Высоцкого, который назвал так цикл своих песен, в которых в присущей ему ироничной манере прошелся по Лукоморью и его обитателям и другим фольклорно-сказочным мотивам. Песня Высоцкого о Лукоморье была написана осенью 1967 года, а через год вышла в свет мультипликационная короткометражка Гарри Бардина «Пиф-паф ой-ой-ой», где в разных театральных жанрах пародировалась детская считалка, которую тоже можно отнести к антисказкам. Тот же Бардин пополнил собственную коллекцию антисказок, выпустив в 1991 году пластилиновый мультфильм «Волк энд красная шапочка». Вообще, эта незамысловатая сказочка весьма любима антисказочниками. Вариаций на эту тему существует великое множество, различной остроты от абсолютно трешовых до вполне себе детских, но тем не менее, в корне меняющих традиционный сказочных сюжет. Примерно, так поступили создатели «Правдивой истории Красной Шапки». Здесь помимо собственно реконструкции сказочного сюжета была использована необычная форма его подачи, где одну и ту же историю рассказывали поочерёдно все задействованные лица, и всякий раз история обретала новый окрас. К тому же некоторые персонажи изменили социальный статус. Так Волк из хищника-людоеда превратился в репортёра, Бабушка стала хозяйкой кондитерской, а Дровосек – самодеятельным актёром и продавцом шницелей. Ещё одну интересную вариацию на тему этого сюжета предложили авторы сериала «Однажды в сказке». По их версии Красная Шапочка сама оказалась ни кем иным как волком-оборотнем. И это лишь малая часть примеров антисказок. Покопавшись в своей памяти, вы легко припомните и другие произведения такого плана. А при желании и определенных способностях сможете добавить в этот ряд и свои собственные произведения.
Shmaksya