Многие вспоминают об устных рассказах раннего Высоцкого. Людмила Абрамова помнит вот что:
«Страшно было бы интересно найти записи Володиных рассказов. Была серия рассказов про Серегу и Сережу. Они были в разной степени косноязычны и картавили на разные буквы. Был замечательный цикл про умнейшую собаку Рекса. Этот цикл рассказов относился, по-моему, к отставному милиционеру, у которого и была умнейшая собака Рекс – значительно умнее хозяина. Потом был рассказ про уволенного с работы - любимый рассказ Андрея Донатовича Синявского. Кстати, у Синявского были записаны все устные рассказы Высоцкого. История уволенного с работы была довольно длинной: кто ему сказал, что он ответил, как он дома это рассказывает соседям, как это он рассказывает по телефону… Андрей Донатович считал, что это - высшее достижение Высоцкого вообще. Еще был замечательный рассказ про рабочего, который потом стал одним из авторов «Письма рабочих тамбовского завода». Это было интервью, примыкавшее к серии рассказов о Никите Сергеевиче Хрущеве. Причем, меня возмущало то, что этот рабочий после каждой фразы обращался к своей жене: «Правда, Люсь?»
Большая серия рассказов про Никиту Сергеевича Хрущева. Володя его уважал и очень ценил. Еще Володя был очень хороший имитатор, он мог абсолютно точно изобразить кого хочешь: больного, маленького, похожего, непохожего, любой национальности, с любым акцентом… И страшно похоже имитировал речевые характеристики. И для него Никита Сергеевич - это прежде всего была речевая характеристика: и в смысле говора южнорусского, и в смысле построения фразы, и в смысле ораторского искусства. Самая лучшая история из этой серии была про президента Кеннеди…»
Высоцкий ещё студентом бывал в гостях у Синявского – он с женой Машей жил в Хлебном переулке. И Синявский действительно записывал устные рассказы Высоцкого. Когда Синявского арестовали чекисты, то бобины с записями конфисковали, и все они пропали. Сохранился только один. Я его привожу в первом комментарии – послушайте, такого Высоцкого вы не знаете. А текст рассказа вот он:
«… и вот они плывут, и маленький крокодил всё время надоедает большому и говорит ему, г-т: «Скажите, пожалуйста, а вот это вот как дерево называется?» Тот говорит: «Баобаб!» — «Скажите, пожалуйста, а это как дерево называется?» — «Не… Не знаю!» — «Так мы щас где плывём-то — в Красном море, что ль?» — «В Красном море!» — «Скажите, пожалуйста, а мы до Ростова отсюда доплывём?» — «Пошёл к ебени матери!» Надоел он ему.
Так вот, значит, мы начали выяснять с Мишкой Тумановым, значит, какие… кто такие эти два крокодила — надо выяснить было. Маленький крокодил, оказывается, доплыл до Капри и там встретился с Горьким, и они там очень с ним подружились. А большой крокодил умер по пути. После этого маленький крокодил специальным водным путём попал в Ростов и стал секретарём обкома там, маленький крокодил. А большой — там его похоронили, он — в Египте, около пирамид, он — похоронен.
Потом они, когда, значит, ещё пыли, маленький крокодил всё время цитировал стихотворение:
Сидели два медведя
На ветке золотой,
Один медведь был маленький,
Другой болтал ногой.
Надо выяснить, кто это были два медведя. Мы выяснили со всей достоверностью, со всей принципиальностью мы выяснили, что маленький медведь, который был с кудрявой головой, — это был Владимир Ильич. А большой медведь, который систематически болтал ногой и мешал маленькому мыслить, был Александр II. Это совершенно точно! Когда я посмотрел на картину Шишкина, которая висела у нас в Третьяковской галерее, и смотрю — там оказалось не два медведя, а три! И ещё большая медведица. Большая медведица — это была Надежда Константиновна Крупская. Два медведя — мы выяснили; кто третий медведь? Давай выяснять, кто — третий медведь! Оказывается, это был Рекс — собака. Он был перегримирован в боль{шого}… в третьего медведя.
Рекс — это была умнейшая собака! Он был у подполковника. Подполковник, когда его… над ним издевалась Зинаида Викторовна, его соседка, Рекс вошёл на кухню и сказал соседке: «Если ты будешь трогать полковника, я тебя покусаю!» Но Зинаида Викторовна не успокоилась и продолжала трогать. И Рекс вошёл и покусал её. Для чего это было сделано? Чтоб полковник последние дни своей жизни проводил. Когда полковник ездил в Организацию Объединённых Наций — в ООНе он выступал, — Рекс вместо него поехал, потому что полковник уже не мог ничего говорить, он был склеротический человек. И Рекс стоял на трибуне, и — товарищи, я вам должен сказать — без бумажков он читал, и сенаторы плакали в Америке в Организации Объединённых Наций! Вот такой был умнейший пёс Рекс — это был третий медведь. Мы со всей достоверностью это выяснили всё! Всё!»
Причём сочинял он это на ходу. Устное мгновенное творчество. Импровизация.
Станислав Говорухин слушал эти рассказы. Они помогли ему в съемках фильма «Место встречи изменить нельзя»:
«Эпизод с вором-карманником Кирпичом. Кирпич разговаривает на каком-то немыслимом языке – шепелявит, не выговаривает тридцать две буквы из алфавита, лицо при этом у него бесконечно глупое.
Снимаем мы этот эпизод и чувствуем – не смешно. А у Вайнеров сцена написана с юмором. Что делать? Тут я вспомнил серию Володиных ранних рассказов от лица несколько придурковатого шепелявящего типа. Была у Володи целая серия устных рассказов как бы от лица этого персонажа. Очень смешных, импровизационных. Помню, был рассказ о Рексе, умнейшей собаке, которая жила вместе со своим хозяином, подполковником, в старой коммунальной квартире на Арбате. Рекс был очень умный и образованный пес. Он, например, знал наизусть всю поэму «Мцыри» и читал ее подполковнику на ночь – подполковник очень любил Пушкина. Помню, был у этого Рекса конфликт с соседкой, Зинаидой Викторовной, которая все время трогала подполковника. Бывало Рекс только отлучится с кухни (Володя произносил – «куфни»), Зинаида Викторовна – раз! выдерет волосок из головы, скатает и – в суп, который Рекс варил подполковнику! Однажды Рекс не выдержал, встретил ее в «колидоре» и говорит… Володя выпучивал глаза и произносил, ужасно шепелявя:
– Зинаида Викторовна, – сказал ей Рекс, – вы, пожалувства, не трогайте подполковника, потому что иначе… иначе я вас покусаю!
Слушатели задыхались от смеха, умоляли: «Володя, хватит!» А он заводился и начинал с ходу импровизировать дальнейшую историю Рекса, этой необычайно умной собаки. О том, как после смерти подполковника Рекса взяли в один научно-исследовательский институт, который работал на космос. Рекс каждый день ездил на иппод… «Э-э… – поправлялся Володя, – на этот, как его, космодром…» Дальше – больше. По Володиному рассказу получалось, что Рексу уже лет сорок – пятьдесят, хотя он все время повторял рефреном: «Ну он уж старый был, Рекс-то. Собаки ведь долго не живут». Со временем Рекс блестяще защитил докторскую, вообще много пользы принес науке.
– Помните Белку и Стрелку? Которые на этот… на Маркс летели. Не-е… Не на Маркс. На Энгельс. Да, на Энгельс… А че, не знаете, что Луну собираются на Энгельс переименовать, потому что это же неудобно – Маркс есть на небе, а Энгельса нету… Так вот их – Белку и Стрелку – Рекс готовил. Умнейший был пес! Он и сам летал. Только об этом не сообщалось. Последнее время он был страшно засекреченный».