В здоровом теле.... Все кошмары мелькают в очах Мысль шальная изводит до гроба Как же я до сих пор не зачах Как не сделался жертвой микроба. Одного за другим забирает тиф В свои чёрные воды баццилла Я ж здоров почему то, по прежнему жив Хоть и мало в крови лейкоцита. Знаю, многие сходят с ума Мысль одна их гнетёт и тревожит Грипп по улицам ходит, гуляет чума Незаметно приклеиться может. Я устал объяснять и охрип Голос свой надорвал я немножко Ну подумаешь экая невидаль-грипп! Нож беру я, рюкзак и лукошко. Вы, своих опасений рабы! Ждите скорую, жди неотложку Я не жду, собираю в корзинку грибы Наполняю рюкзак и лукошко. Жаль, отходит грибная пора Я сушу сапоги и портянки И потом собираться пора Ведь сезон наступает ветрянки Поражаюсь я, сколько друзей схоронив Прочитав им последнее слово Не усох, не завял, я по прежнему жив Круглолицый, румяный, здоровый. 06.01.1971 г.
В здоровом теле....
Все кошмары мелькают в очах
Мысль шальная изводит до гроба
Как же я до сих пор не зачах
Как не сделался жертвой микроба.
Одного за другим забирает тиф
В свои чёрные воды баццилла
Я ж здоров почему то, по прежнему жив
Хоть и мало в крови лейкоцита.
Знаю, многие сходят с ума
Мысль одна их гнетёт и тревожит
Грипп по улицам ходит, гуляет чума
Незаметно приклеиться может.
Я устал объяснять и охрип
Голос свой надорвал я немножко
Ну подумаешь экая невидаль-грипп!
Нож беру я, рюкзак и лукошко.
Вы, своих опасений рабы!
Ждите скорую, жди неотложку
Я не жду, собираю в корзинку грибы
Наполняю рюкзак и лукошко.
Жаль, отходит грибная пора
Я сушу сапоги и портянки
И потом собираться пора
Ведь сезон наступает ветрянки
Поражаюсь я, сколько друзей схоронив
Прочитав им последнее слово
Не усох, не завял, я по прежнему жив
Круглолицый, румяный, здоровый.
06.01.1971 г.
