Говорят, друг познается в беде. Сейчас все чаще склоняются к тому, что друг познается в радости. Что это значит? А то, что вдохновленный чужими неурядицами «друг» бежит на помощь. И потому не распознать в нем истинное лицо. Помогает – и хорошо. А вот истинную реакцию на радость не скроешь. Я придерживаюсь именно первой точки зрения, а реакцию на радостное событие друга часто нельзя разглядеть из-за наивности. Моя печальная ситуация с болезнью сразу открыла настоящее лицо «друзей».
На момент начала заболевания я довольно тесно общалась с подругой. Назовем ее Лиля. Дружили мы семьями и жили в соседних домах последние три года. Общий стаж дружбы исчислялся уже 12 годами. Дружба последние годы была и соседская: книжками обменяться, в игры вечерами поиграть, кофе попить.
Практически с самого начала моего общения с Лилей я чувствовала, что что-то идет не так. Теперь понимаю, что мне было совсем некомфортно в ее обществе. Мои восхищенные рассказы о дальних странах и морях не вызывали с ее стороны никакого интереса. Любовь к профессии и мои успехи в ней не вызывали в ней каких-либо положительных эмоций и даже наоборот. Мне постоянно приходилось слушать о том, что это никому не нужно и не приносит денег. Это удивляло особенно сильно, так как у нас с ней одна и та же профессия. Когда мы приходили в гости к Лиле, я видела, как ловким движением руки от нас с мужем прятали фрукты или дорогие сладости. Я понимаю, что все могло быть куплено на последние деньги, но в таком случае следовало бы убрать все заранее. Мне вдруг становилось стыдно за свои рассказы о том, что я купила хорошую (дорогую) вещь, потому что Лиля сразу бросала фразу: «Ну мы такое себе позволить не можем». Постоянные опоздания при назначенной на определенное времени встрече тоже неприятно удивляли. После переезда из южного города в северный я стала часто болеть, и, конечно, в особо серьезных случаях могла посетовать на свое плохое самочувствие. Но я встречала только желание уйти от неприятной темы. Мои наблюдения или мнения по какому-либо вопросу высмеивались и не принимались. Встреча после долгой разлуки никогда с ее стороны не была теплой: мои объятия и радость только отталкивали ее. И за 12 лет я ни разу не услышала в свой адрес какой-то моральной поддержки, не заметила признаков какой –либо эмоциональной привязанности.
Пожалуй, самое болезненное и глубокое противоречие обозначилось тогда, когда она сообщила мне, что стала атеисткой, и что вера - это удел глупых людей. Такой вердикт она вынесла, зная, что я все больше и больше стала жить с Богом в душе.
Я отгоняла от себя мысли о том, что, может быть, мне только кажется. Затем начала искать причину в себе. Поздней даже придумала себе отговорку, что это такой северный тип дружбы: т.е. некоторое хладнокровие в отношениях. Как между врачом и пациентом. И эта отговорка работала. До поры до времени.
И тут я легла в больницу по поводу туберкулеза. Подруга знала обо всей сложной ситуации с первой минуты. Она позвонила мне всего три раза за полгода. Все звонки были исключительно деловые. Все. Она понимала, что в больнице питание оставляет желать лучшего и ни разу ничего мне не передала. Она понимала, что моя двухлетняя дочь осталась без мамы на несколько месяцев и не уделила ей ни минуты внимания. Не навестила ни ее, ни меня. Несколько раз, когда меня выворачивало на изнанку от химиотерапии, она пыталась мне дозвониться из горного курорта, чтобы сообщить о том, что там выпал снег. Когда меня на несколько часов впервые отпустили из больницы домой спустя два месяца, она увидела меня на улице, но не подошла.
С моей стороны было сделано все, чтобы сохранить даже такую одностороннюю дружбу. Утешала и подбадривала, приезжала помочь с уборкой квартиры, когда у Лили родился малыш. Да, в тяжелые времена я могла ей не звонить долгое время, но потом обязательно наверстывала и спрашивала подробно о событиях ее жизни и переживаниях.
Вы спросите, зачем такие отношения, если они не устраивают? Не знаю. Возможно, потому что Лиля стала одной из первых моих подруг в незнакомом городе после переезда.
Наверное, вы подумаете, что я хочу казаться белой и пушистой? Нет. И у меня бывает плохое настроение и стремление побыть одной. У всех бывает. Все же я привыкла к другой дружбе. Когда давние друзья поддерживают друг друга, помогают и вдохновляют.
Последней каплей стало возобновление общения спустя 9 месяцев от начала моей болезни. С непринужденным видом меня спросили: «Как дела» и все. Дальше общение продолжилось по прежнему сценарию. Это стало последней каплей для меня. Я прекратила общение и мне стало так легко! Обида прошла и внутреннего напряжения перед встречами с ней больше не будет…
Знаете, есть такие люди – словно «в домике». Живу в себе и для себя, и мне ничего неинтересно кроме самого себя. Только зачем мне они?