Новый храм блестит, сверкает, излучая мощь,
Чрез образа испепеляет сама вселенская любовь.
Всех святых родов и войск покровителей назначили,
Приписной, военбилет, да ж Христа призвали.
Зенитная пушка на куполе вместо креста,
По слухам снайперов расставили,
Сам апостол Пётр стоит на паперти.
Мошкара из клироса прихожанам в мозг,
Кикиморы и лешие из засад глядят,
Ждут приказ атаки, а без присмотра балУются,
С кем ни попадя в очко режутся.
Лепестками вся земля усеяна,
Бабочками рвутся неугодные тела.
Гром гремит, пророк Илья, бесов бэтээром гонит,
Следом ангелы небесные: миги, сушки и вертушки
Зачищают след врага.
Готов воевода - сама сатана!
Камилавки и клобуки, куколь- заменили касками,
Епитрахиль, стихарь под мундир подправили,
Ещё плюмаж бы с заду вставили.
Юдашкин шьёт на очередную попуармию.
Вместо посохов нагайки, кирзачи сияют,
Что ни архиерей, то бабуин казачий.
Метанья отменили, установили отжимания,
Аллилуйю заменили на УРА!
Крестный ход военным маршем,
Барабан на звоннице, чтоб организованно,
Без импровизации и дисциплинированно.
Расстрельные списки утверждает синод,
Двойки, тройки приходские,
Азбучные истины должен знать народ.
Мы знаем - убивать нехорошо!
Диктат военный - мера вынужденная
Чтоб прекратить разброд и шатания,
Челядь, главный наш ресурс.
Был монашек тут один, Нилом звали
Матом не ругался, скромно жил,
На острове спасался, босиком ходил.
По головке топором и под воду спрятали.
В общем, не прославился!
А вот был бы подполковник, с грозным глазом,
Лик гранит, шагает твёрдо,
Знает когда сено, а у кого солома,
Как муравей до десяти считает.
Без извилин в ратных подвигах участвовал!
То в сан святых угодил бы сразу,
А то лишь, бывший музыкантишка.
