«В течение долгого времени Фридрих Ахляйтер раздумывал, кем стать: поэтом или архитектором? – а затем обрил голову, надел соломенную шляпу и заявил, что он поэт. И добавил, что должен выбрать одно из двух: архитектура или литература.
Я сказал ему: «Вы могли бы заниматься архитектурой и литературой одновременно». Несколько лет спустя он принял именно такое решение».
© Ханс Холляйн
«Архитектор, который вместе с этим еще и художник... тот, кто с остроумием и эклектичным вкусом обращается к традициям нового мира так же легко, как и к традициям старого. Превосходный учитель, который своим примером побуждает молодых рисковать, и все же делает так, чтобы первостепенно важным оставался проектируемый объект, а не его созидатель», - звучало в речи жюри Притцкеровской премии.
Ханс Холляйн получил Притцкера в 1985 году. Секретарь жюри Брендан Гилл, представляя архитектора, отдельно подчеркнул: «Человек счастлив рядом со зданиями Холляйна».
Vulkania на вулкане
Постмодернизм в объектах Ханса Холляйна приобретал дополнительный смысл и увлекал посетителя игрой. Прекрасный пример этого - проект Vulkania в Оверни (Франция). Космический пейзаж окрестностей усиливается проектом архитектора.
Холляйн вписал здание в кратер потухшего вулкана - часть здания размещена под землей, а здание, в целом, становится игровым пространством для гостей. Простор и воздух сменяются узкими и тянущимися коридорами, из глубины подземелья к солнцу ведут лестницы с сотнями ступеней.
«Вход в музей я сделал из двух пересекающихся конусов, которые внутри облицованы титановыми плитами и подсвечены. Создается впечатление, что ты движешься внутри живого вулкана. Дальнейший путь был вдохновлен образами дантовой поэмы. Посетители ходят по подземным коридорам, в перспективах которых вдруг покажется живой горный пейзаж. Я стремлюсь к образу «Тотальной архитектуры», по законам которой организуется весь окружающий мир», - говорил архитектор о проекте.
Свечной магазин Ретти
Первым заказом, которым принес Холляйну известность и приличную премию вместе с победой в конкурсе, стал свечной магазин Ретти. Задача состояла в том, чтобы сделать помещение содлидным и выразительным. Сложность заключалась в том, что магазинчик окружали великолепные старинные фасады. В итоге, играя на контрасте форм, материалов и оттенков, архитектор оформил крошечное помещение с помощью алюминия и зеркал.
Журнал Architectural Forum описал проект как «даже меньше, чем большинство первых заказов: магазин и демонстрационный зал шириной 12 футов для производителя свечей». Журнал отметил, что проект принес Холляйну «восторженного клиента и видное место на фешенебельной Венской улице».
Холляйн блестяще справился с задачей и стал всемирно известным, получив премию Рейнольдса в размере 25 000 долларов. Это был первый случай за десять лет, когда награда досталась работе, которая, в целом, стоила меньше, чем премия.
Здесь стоит добавить, что Холляйн продумал в магазине каждую деталь, вплоть до петель и упаковки. Продукцию упаковывали в серебристую бумагу и укладывали в серебристую хозяйственную сумку, что объединяло общую концепцию.
Музей современного искусства в Мёнхенгладбахе
Холлян говорил, что в ходе проектирования здания нужно было предусмотреть помещения для постоянной коллекции, для временных выставок и для образовательных целей. При этом здание нужно было умело интегрировать в окрестности и топографию в целом.
В итоге, музейный комплекс стал «прогулочным» зданием, где у посетителя нет рамок и ограничений, включая наслаждение искусством под открытым небом. Сложный архитектурный ансамбль включает в себя череду разнообразных белых, нейтральных, но характерных пространств в различных конфигурациях и световых отображениях. Вместо того, чтобы следовать принудительному линейному расположению, архитектор создал трехмерную матрицу, которая ведет по музею диалектическим и пространственным опытом. Ландшафтный дизайн стал неотъемлемой частью проекта.
Музей был удостоен мемориальной премии Рейнольдса, США, 1984 год.
Бутафория в туристическом агентстве
Эстетика постмодерна, сложившаяся в дизайне и литературе в 70-х, была частично отображена при строительстве Австрийского туристического бюро в Вене в виде театральной бутафории. Идея Холляйна состояла в том, чтобы насытить пространство офиса знаками-ассоциациями, метафорами и будто превратить в театральную постановку происходящее в здании.
Художник и декоратор
Ханс Холляйн, выбрав архитектуру, обожал театр и живопись. Он проектировал интерьеры, но вместе с этим создавал декоративные предметы, мебель, посуду и даже выступал сценографом и декоратором.
Архитектор принимал участие в конкурсе на новое здание Мариинского театра в Санкт-Петербурге.
«Уже много десятков лет я считаю, что архитектура не должна зацикливаться на самой себе, и если это архитектура хорошая, то она непременно выйдет за собственные рамки и будет влиять на очень многое. Это как, например, с музеем: никто вас не заставит туда идти и смотреть на картины, дело ваше. Но когда человек просто идет по улице и видит гениальное здание музея, это его просто стимулирует, и он даже на свою жизнь по-другому может начать смотреть», - говорил Холляйн в интервью.
В 1973 году Холляйн взялся за разработку серии очков, которые в то время оказались слишком смелыми, а через 10-15 лет вышли на пик популярности.
Через 10 лет для итальянской фирмы Алесси архитектор разработал чайно-кофейный комплект, выпущенный в количестве 99 экземпляров.
«Архитектура – это все!», - был уверен Ханс Холляйн.