Историки насчитывают около десятка реально готовившихся покушений на Сталина, ни одно из которых не увенчалось успехом. В то же время, материалы судебных дел хранят информацию о сотнях, и даже тысячах, покушений, созданных воображением сотрудников госбезопасности, а затем закрепленных на бумаге в признаниях, выбитых пытками.
Приведем семь обвинений, которые поражают своей нелепостью и абсурдностью. У кого-то они вызовут сегодня улыбку. Но трагедия в том, что за этими сфальсифицированными обвинениями зачастую были расстрелянные люди. И самое удивительное, что многие тогда верили в реальность совершенных ими «контрреволюционных преступлений».
1. Александр Павлович Константинов (1895-1937), изобретатель в области радиофизики и электроники. Разработал высокоточный сейсмограф и ряд приборов для Пулковской обсерватории, внес существенный вклад в развитие телевидения. В 1930 году он (независимо от Зворыкина) изобрел первую в мире электронную передающую трубку с накоплением заряда.
Константинов был арестован в ночь на 1 ноября 1936 г. по «Пулковскому делу» - «за попытку изготовить сейсмическую бомбу для убийства Сталина на заседании президиума».
25 мая 1937 г. выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР в г. Ленинграде осудила его по статьям 58-8 и 58-11 УК РСФСР к ВМН. На следующий день Константинов был расстрелян.
2. Александр Ильич Лизюков (1900 - 1942), военачальник, генерал-майор танковых войск. До войны командовал 6-й отдельной тяжелой танковой бригадой им. С.М. Кирова.
Арестован 8 февраля 1938 г. Обвинен в совершении преступлений, предусмотренных статьями 58-1б, 58-8 и 58-9 УК РСФСР. Работники Управления НКВД по Ленинградской области и особого отдела Ленинградского военного округа длительное время истязали Лизюкова, добившись в результате подписания ложных показаний. В том числе о том, что он намеревался совершить террористический акт над руководителями ВКП (б) и советского правительства «путем наезда танка на Мавзолей во время одного из парадов»[1].
Лизюков 22 месяца находился в тюрьме, в том числе около 17 мес. в одиночной камере. Оправдан военным трибуналом 3 декабря 1939 г. В первые месяцы Великой Отечественной войны - заместитель командира 36-й танковой дивизии 17-го мехкорпуса. В августе – ноябре 1941 г. - командир 1-й Московской мотострелковой дивизии (с сентября 1941 - 1-я гвардейская). Он стал одним из первых командиров, награжденных в начале войны Золотой звездой Героя. С июня 1942 г. - командующий 5-й танковой армией. Погиб в бою 25 июля 1942 г.
3. Дмитрий Аполлинариевич Рожанский (1882-1936), член-корреспондент Академии Наук СССР, стоял у истоков радиолокации.
Арестован 5 октября 1930 года после отказа голосовать на собрании за осуждение к смерти обвиняемых по «делу Промпартии». После того как сотрудникам госбезопасности не удалось связать контрреволюционную деятельность Рожанского с членами этой партии, следователь пытался давить на одного из арестованных, требуя, чтобы тот показал на Рожанского как на автора радиоприбора «для подслушивания мыслей Сталина».
4. Лев Александрович Зильбер, один из создателей советской школы медицинской вирусологии в 1937-м обвинялся в том, что хотел заразить москвичей энцефалитом по городскому водопроводу. Об этом писал его старший брат – писатель Вениамин Каверин. У него же приведена история репрессий в отношении профессора-эпидемиолога Алексея Александровича Захарова (1895-1938).
Он подписал признательные показания о том, что «создал контрреволюционную организацию с целью убийства Вождя и Друга человечества И.В. Сталина, шпионажа в пользу фашистской Германии, диверсионной работы в виде заражения в случае войны источников водоснабжения», а также пытался «отравить бациллами холеры фруктовые воды, доставляемые в Кремль»[2].
5. Старостин Николай Петрович (1902-1996), заслуженный мастер спорта, один из создателей футбольного клуба «Спартак».
Н.П. Старостин, трое его братьев и еще несколько человек[3] обвинялись в том, что готовили на Красной площади теракт против Сталина путем подрыва бомбы у мавзолея или стрельбы в Вождя с крыши ГУМа. Наглядное тому подтверждение – вопрос следователя на допросе Н.П. Старостина: «Вот фотография, которую мы нашли в вашем доме при обыске. На ней отлично видно, что машина, оформленная футбольной бутсой, шла буквально в десяти метрах от Мавзолея. Из нее очень удобно было осуществить ваши зловещие замыслы. Это тягчайшая улика. Что скажете?».
20 октября 1943 г. Н.П. Старостин был осужден Военной коллегией по статьям 58-10 ч. 2, 58-11, 117 ч. 2 УК РСФСР и закону от 7 августа 1932 г. на 10 лет лишения свободы, с поражением в правах на 5 лет и конфискацией имущества. Реабилитирован 9 марта 1955 г.
6. Дело глухонемых террористов. В августе-ноябре 1937 года в Ленинграде было арестовано более 50 человек, в основном - артистов драмкружка Ленинградского общества глухонемых и их глухонемого режиссера Михаила Семеновича Тагер-Карьелли, которые готовили к годовщине Октябрьской революции спектакль по мотивам пьесы Островского «Как закалялась сталь».
Было сфабриковано групповое дело «антисоветской фашистской террористической организации», которая, якобы, вербовала участников в ленинградской оборонной промышленности, осуществляла через них диверсионно-шпионскую работу и «подготовляла террористические акты в отношении руководителей ВКП(б) и Советского правительства 1 мая и 7 ноября 1936 года на Красной площади в г. Москве и на площади Смольного в январе м-це 1937 г.».
Один из тех, кого вынудили «сознаться» в подготовке убийства Сталина - инвалид-фотограф Ниссенбаум.
Постановлением Особой тройки при Управлении НКВД по Ленинградской области от 19 декабря 1937 г. были осуждены к расстрелу 34 человека (из них 10 женщин), заключены в лагеря на 10 лет каждый – 19 человек.
7. Дело кремлевских полотеров. В 1935 году были арестованы практически все полотеры Управления комендатуры Московского Кремля и Большого театра. Им было предъявлено обвинение в намерении «ликвидировать тт. Сталина и других руководителей СССР». По версии следствия, группу, действующую в комендатуре Кремля, возглавлял Т.Е. Жунин. В Большом театре «орудовала» группа В.Н. Виноградова.
Согласно обвинению, члены этой законспирированной контрреволюционной организации озлобились на руководителей партии и страны, натирая полы в их квартирах и невольно сравнивая свое убогое существование с их роскошной жизнью. Так возникло намерение о ликвидации Сталина и его окружения. Жунин дал показания, что рассчитывал убить их из браунинга, который намеревался украсть из квартиры Бухарина, где тоже натирал полы. А террористы из второй группы избрали другой способ – бросить бомбу в правительственную ложу театра, когда в ней будет находиться Сталин.
4-5 сентября 1935 года состоялось закрытое судебное заседание военного трибунала Московского военного округа по обвинению 22-х полотеров по статьям 58-8, 58-10 и 58-11 УК РСФСР.
П.С. Воропаев, Т.Е. Жунин и В.Н. Виноградов были приговорены к расстрелу. М.И. Леонов, А.И. Орлов и К.Ф. Фролов – к 10 годам исправительно-трудовых лагерей каждый, остальным назначили от 2 до 7 лет лишения свободы, двое были оправданы.
«Полотеры-заговорщики» были реабилитированы в январе 1961 года.
[1] Надзорное производство ГВП №16053-42 по делу А. Лизюкова и С. Бондаренко.
[2] Каверин В.А. Эпилог: Мемуары. М. Моск. рабочий, 1989.
[3] Всего по делу проходило 9 человек