Часть 2-я
И снова Георгий Катыхин:
– Есть на территории завода еще несколько мест – «отголосков» каких-то старинных подземных сооружений. Скажем, неподалеку от Воскресенской церкви, несколько в сторону Тускари (от автора: в сторону склада ГСМ, который сегодня мы знаем как единственную сохранившуюся башню), вдруг начал погружаться в землю лежавший на ней тяжелый груз. Его осторожно подняли и обнаружили образовавшееся солидных размеров отверстие. Собрали целый консилиум из заводских специалистов, начали разбираться. Внутрь никто не заглядывал: подходить близко было опасно. В конечном итоге сделали ограждение, положили лист металла и, как в предыдущем случае, забетонировали. В последующие годы это место тоже оставалось нетронутым… Недалеко от него, там, где позже поставили металлические ангары (к западу от Воскресенского храма), уже в 70-е годы провалилась автомашина – по самую ось. Ее оттащили – тоже непонятная дыра. Это два хода или один и тот же – судить трудно. Упомянутая выше старинная башня, что выходит сегодня на улицу Сонина, подвалов (вроде бы) не имеет, и там нет никаких проявлений подземных пустот…
Рассказывал Катыхин и о том, что как-то при выкопке траншеи для канализации напротив колонн главного производственного корпуса (тот, что сегодня со шпилем) наткнулись на своеобразный подземный бассейн: обширная кирпичная емкость глубиной выше человеческого роста. Туда, по всей вероятности, когда-то поступала вода, а дальше распределялась по трубам в разных направлениях. К моменту обнаружения сохранились старые задвижки, краны.
В 1961 году, когда под зданием Воскресенской церкви оборудовали ванны горячего травления, открыли кирпичный склеп, вытащили гроб (без металлических гвоздей, на деревянных колышках), внутри которого был прах священнослужителя в полном облачении и икона XV века…
Вспоминал мой собеседник и свою беседу с владыкой Ювеналием: говорили о монастырском кладбище, которое сегодня скрыто под трехметровым слоем земли.
От рассказа ветерана вернемся в наши времена. Года три назад при реставрации Воскресенского храма ниже подклета (подвала) обнаружили обширную подземную галерею, которая в плане имеет форму подковы, одна из ее сторон тянется как раз к башне. Уж не она ли (галерея) виновница тех провалов, о которых вспоминал бывший главный энергетик? Воскресенский храм построили сравнительно недавно, в 1875 году, на месте стоявших там ранее кирпичных сооружений, и под каждым из них когда-то имелись обширные подвалы…
Сентябрь 1945 года. Все готово к строительству электроаппаратного завода
Если уж говорить о загадках Знаменского монастыря, то никак не миновать башенных часов. Монастырская опись 1733 года сообщает: «На отдельной башне на монастырской стене – железные часы с девятью колоколами, один из которых часовой, 1693 года, весом 23 пуда 36 фунтов. При колоколах молотки железные…» (Т. Арцыбашева, «Курский край и монастырская культура»). Судя по этому краткому описанию, можно предположить, что речь идет о курантах, которые не только отбивали время, но и исполняли какую-то мелодию (9 колоколов). Указан год – 1693-й, но эта дата может иметь отношение не к самим часам, а к наиболее крупному в механизме колоколу – 370 кг. Сергей Ларионов в своем «Описании Курского наместничества» пишет о курских курантах еще более сдержанно: «Ныне (1785 год) строений в нем (в Знаменском монастыре) каменного… строения церквей три… Все обнесено стеною с башнями, из коих на одной имеются часы…»
Этот часовой механизм был утрачен в период реконструкции Знаменского монастыря в конце XVIII – начале XIX века, и его дальнейшая судьба неизвестна.
На какой именно башне монастыря были установлены эти часы? Всего было четыре угловых башни и одна проезжая – посредине северной стены. Но в описи 1733 года речь идет об «отдельной башне», надо понимать, выстроенной специально для часов. Однако на абрисе 1722 года (всего 11 лет до указанной выше описи) такой башенки нет. Можно ли предположить, что она появилась (вместе с часами) несколько позднее – в отрезок времени до 1733-го? Сама крепость подлежала сносу как неперспективная, но монастырь в то время активно набирал авторитет и популярность. Может быть, как раз снос деревянных крепостных строений сделал установку часов особенно оправданной – уже ничто не мешало видеть их со стороны городского посада…
Кстати, в 1706 году (что вполне соизмеримо по времени с предположительным периодом появления в Курске первых башенных часов) по приказу Петра I на Спасской башне Кремля были установлены новые часы, изготовленные голландскими мастерами. Они имели 12-часовой циферблат и 33 (!) колокола в приводе, движение которому придавалось с помощью массивных гирь, подвешенных на длинных цепях (по аналогии с ходиками). Как распорядились старыми? Как вариант – передали в Курск. А почему бы и нет?
Судя по всему, курские куранты были устроены так же, как московские: тяжелая гиря на цепи приводила их в движение, циферблат делился на 12 или 17 часов – по продолжительности самого длинного светового периода в летнее время. Обозначалось часовое деление на циферблате не цифрами, а славянскими буквами. Стрелка была одна – часовая. И время в течение одного часа можно было определить лишь примерно. Как раз отсюда наши с вами «половина первого», «без четверти пять» или «четверть десятого»… Да и сам вопрос: «Который час?» – тоже из тех времен.
Понятно, что башенные часы упразднили вместе с оградой монастыря, когда речь пошла о строительстве нового кафедрального собора. Их просто некуда было переустанавливать – здание старого собора уже готовили к сносу. А за несколько десятилетий, что минули с момента их демонтажа до завершения строительства колокольных башен, часовой механизм и вовсе пришел в негодность… Откуда на северной колокольной башне Знаменского собора появились новые часы – неизвестно. Они украшали город до самого их сноса в середине 30-х годов XX века. Дальнейшая судьба этого механизма тоже неизвестна. По воспоминаниям старожилов, их увезли в Москву.
И снова потаенные подземные емкости – куда же без них. Одна из конструктивных особенностей здания Знаменского собора – это фундамент под апсидой. Восточная часть собора (апсида), в которой располагается алтарь, самая легкая из прочих. Тем не менее фундамент под ней самый крупный – до семи метров толщиной. То есть такие размеры здесь совершенно не обоснованы – вполне хватило бы полутора метров.
С учетом того, что наши предки совсем не склонны были попусту транжирить стройматериалы и рабочие ресурсы, возникает предположение: фундамент под апсидой Знаменского собора имеет внутри какие-то обширные пустоты. Крипта, тайник – это не редкость ни в нашей церковной культуре, ни в западной.
К примеру, Печерская лавра в Киеве – это тоже крипта. Но, как правило, крипты размещали именно под алтарем. Они служили для погребения и выставления для почитания мощей, а кроме того, для хранения наиболее ценного церковного имущества… На одном из старых планов подалтарной части подклета Знаменского собора показан вход в глубь фундамента. Мне в свое время довелось найти то место, откуда этот ход начинался, – в полном соответствии с тем самым планом. Вход в крипту (если это она) давно заложили кирпичом, но так, чтобы не потерять во времени – оставили неглубокую нишу.
Вспомнилось несколько смутных рассказов на эту тему, которые довелось услышать задолго до того, как я заинтересовался историей Курска. Скажем, Владимир Ковалев, к тому времени уже полковник, поведал мне, что, когда в 1943 году формировали в Курске воинский призыв, под сборный пункт использовали как раз подклетную часть Знаменского собора. Будущим солдатикам удалось найти потаенное сводчатое помещение и проникнуть туда. Из найденного внутри их больше всего заинтересовали сундуки с книгами. Но бумага для курева совсем не годилась, и кто-то решил отнести пару штук на Барнышевский рынок – обменять на харчи…
Виктор КРЮКОВ