Шмелев, И.С. Солнце мертвых; Солдаты: романы / Иван Шмелев. – М.: Вече, 2017. – 384 с.
Подобных авторов с их эсхатологическим настроением очень вредно читат в условиях кризиса, ибо они очень любят с каким-то невероятным, на грани мазохизма, вспоминать весь тот ужас, который творился в то самое лето господне. Под номером 1921-й. Год то был знаменательный. В Крыму кончилась гражданская война и начало избавление от классово чуждых элементов, кои не устраивали новую большевистскую власть по причине своего социального происхождения и прежнего (при царе-батюшке) статуса хозяев жизни.
А она – дама коварная. И потому поменяла своих хозяев, не обращая внимания ни на пролитую кровь, ни на принесенные жертвы. Молох революций смел на собственном пути все то, что мешало его движению в светлое будущее. И такой автор как Иван Шмелев не мог этого ни не заметить, ни принять. Про «окаянные дни» писали свои пламенные тексты и другие писатели земли русской – Горький, Бунин, Короленко. Однако едва сдерживаемая ненависть автора «Солнца мертвых» настолько явно просвечивает сквозь каждую строчку книги, что стоит удивится большевикам, которые явно проглядели в Шмелева своего творческого и идейного антагониста. Его ненависть будет посильнее сарказма Булгакова или холодного презрения Бунина.
У Шмелева на гнев было особое человеческое право. Большевики казнили его сына, белогвардейского офицера. Поэтому взвешенный спокойный анализ и циничное равнодушие к новой власти, ее слугам и ее деяниям, отнюдь не его удел. Иван Сергеевич абсолютно противоположен своему двойному тезке, который был всегда чуть в стороне от политики, но ее дышали лучшие его герои. У Шмелева политикой становится абсолютно все – от описаний природы до судьбы домашних питомцев. Прибавьте к этому образ автора, глазами которого и увидено все то, творилось на полуострове после того, как он стал красным. Перед нами тот случай, когда страсть и ненависть буквально застит глаза и туманит взор, рождая какую-то искривленную оптику взгляда на окружающую реальность, где отсутствует хотя один повод для радости и улыбки. Об этом в «Солнце мертвых» лучше и не вспоминать. Достаточно лишь задуматься над самим названием романа…
Хотя – скажем честно – это никакой не роман, ибо нет в нем ни развивающихся характеров персонажей, нет и четко очерченной фабулы, пересекающей их судьбы. Скорее перед нами собрание «сердца горестных замет», исполненное уже тогда, когда Иван Шмелев оказался во Франции. И потому сей автор мог совершенно спокойно рисовать картины, достойные не дантова «Ада», а, скорее, традиции «Записок из Мертвого дома» или «Острова Сахалин». Человек у Шмелева – явно не хозяин собственной судьбы, а уж тем более жизни. Он пал так глубоко на дно социума, что ему вряд ли суждено оттуда подняться хотя бы на одну ступеньку вверх. Панорамное зрелище падших, пожалуй, единственный признак романической формы прочтенного текста.
В этом смысле последующий неоконченный роман «Солдаты» более четок и по сюжету, и по характеру главного героя – капитана Бураева. К сожалению, Шмелев так и не закончил этот текст, в котором проглядывается вполне современный писателю герой, пытающийся спорить с судьбою и с самим собою. И эта история есть полный контраст роману «Солнце мертвых», который случай сподобил меня прочесть в самые неясные дни ситуации с медицинским злом по имени «вирус».
Однако как показывает опыт развития человеческой цивилизации, она не всегда догадывается о том, где находится само дно…Просто снизу еще не успели постучать.
Сергей Н. Ильченко
Профессор, доктор филологических наук, кандидат искусствоведения
https://jf.spbu.ru