Из воспоминаний Мужикова А.Н.
Победоносное наступление наших войск по земле противника продолжалось. Западная Польша это уже территория фрицев. Мы все увидели большую противоположность в сравнении с нашей землей. Все дороги благоустроены, лес словно парк, дома из красного кирпича и крыты черепицей, очень много садов.
Встречали только поляков, все немцы бежали с отходящей армией. Все уходили в свою Германию. Мы поддерживали стрелковую дивизию. Сопротивление противника не ослабевало, фрицы отчаянно дрались за свою землю. Использовали все естественные рубежи, атаковали авиацией, наши потери не уменьшались. Гитлеровцы уничтожали мосты и минировали дороги. Часто минировали дома и оставляли различные сюрпризы. Периодически завязывались упорные и недолговременные бои, через новый прорыв войска устремлялись вперед. Немцам не давали опомниться и сесть в оборону. Фрицы рассчитывали на свой Одер.
Питание у нас улучшилось, готовили свое питание из немецких запасов. Всегда под рукой было сало, всякие консервы и так далее. Было плохо для армии тем, что свободно можно было найти выпивку. Многие от данного соблазна не устояли, многие отравились спиртом-сырцом, все разлагало армию.
При вступлению на территорию Германии прошла компания пропаганды. Настраивали войска на враждебность и жестокость ко всем немцам. В основном призывы, как "Убей немца!", "Нет пощады ...!", "Выжги немецкую землю!". Все в одном ключе. Все бойцы были настроены враждебно, от них требовали жестокости. Все, что потом творилось, это ничем не оправданные злодеяния над невинными.
Бойцы, может быть действительно расквитались с немцами за злодеяния, что они совершили на нашей территории. При подходе к Берлину поступили другие директивы и приказы. Требовали к населению относиться лояльно, стали пресекать грабежи и насилия. Все требования войска выполняли.
Ближе к вечеру разместились в богатом поместье. Все строения добротные, все из кирпича. Размещались в уютных домиках, все дома немцы бросили. Выдвинулись в имение для уточнения обстановки в районе размещения штаба. Скоро уже будет темно, настроение было приподнятое. Мы услышали русские песни, заиграл баян, стали встречать шатающихся офицеров. Потом послышалась стрельба из личного оружия. Чувствовалось, что офицеры дорвались до спирта.
Бесконтрольность и благоприятствующая обстановка настраивала на расхлябанность. Большого начальства поблизости не было, некому было утихомирить разгулявшихся офицеров. Имение занимали передовые части дивизии. За столом в помещении сидела компания мужчин и женщин. Они поглощали стоящее на столе спиртное и пели песни, на некоторых койках валялись пьяные пары.
В помещении стоял галдеж, звучала музыка из приемника. Многие молодые женщины уже собой не владели. Все работницы из русского и польского населения, работали на помещика. Во дворе выпившие офицеры обсуждали какой-то вопрос, смотрели в сторону трех человек.
Это был хозяин поместья с женой и дочкой 10 лет. Он без ноги, стоял на костылях, девочка прижималась к маме. Часть офицеров требовала возмездия, спор продолжался. В конце концов решили всех троих расстрелять. Несколько офицеров добровольцев их отвели в сторону. Было тяжело на душе после бессмысленной и жестокой сцены.
День за днем мы двигались с колоннами. От всей нашей лавины войск не возможно было устоять. Остановились ждать отставшую машину штаба. Решили спокойно пообедать и привести себя в порядок. Разрешили бойцам принять по 100 г. Установилась непривычная для нас тишина, нет никакой стрельбы. В разгар обеда услышали крик часового и выстрелы.
Все бросили и покинули дом. Часовой возбужденно доложил, что из траншей его обстреляли. В траншеях оказались остатки отрезанной немецкой группировки. Немцы стремились прорваться к своим, но мы представляли для них препятствие. Сразу решили их выбить, не дать выйти из западни. Сразу разделились на группы и разбежались ходам и переходам траншеи. Завязался настоящий бой.
Немцев хватило на десять минут. Мы зажимали противника с двух сторон и позволяли отходить только к реке. Отдельные немцы оказались прижатыми к реке, видя свое положение, стали выскакивать на берег реки и поднимать руки. Стрельба в траншее затихла. Небольшую группу сдавшихся немцев окружили.
Все возбуждены и подогреты спиртным, стали рассматривать фрицев, нашли за поясом "парабэллы". Посчитали, что они этим спрятанным оружием могли нас убить. Решили их расстрелять. Автоматные очереди огласили тишину, но никакой тогда жалости не было, мы видели в них ненавистных врагов, которых надо уничтожать. Неотразимое возмездие, таков был приказ. Бессмысленно и безжалостно расстреляли этих немцев.
Продвигаясь по дорогам Польши, видели страшные картины, лежали размятые танком и машинами тела людей. Валялись разбитые повозки и всякий скарб. Поспешно колонны беженцев отходили, но наши бронированные части, особенно танки, настигали и врезались в их массу. Часто все происходило в ночное время. Беженцы шли ночью спасаясь от самолетов и попадали под танки.
Фрицы терпели большие потери, отходили за Одер. В бой шли последние резервы, пополняли войска пожилыми и подростками. На одной из дорог встретили группу подростков, всем где-то по 15 лет. Все в форме не по размеру. Они все испуганно смотрели на проходящие войска и на технику. Держали свои винтовки вниз стволами и плакали. Они не решались расходиться, все растеряны и подавлены.
Подошли и узнали, что они из ближайшего населенного пункта, призвали в этом месяце. Часть из них бормотала, что Гитлер капут. Забрали у всех вояк винтовки, приказали разойтись по домам. Они поплелись в свой населенный пункт, наблюдать за ними было тяжело. У своего полуразрушенного дома стоял старик и все видел. Он не скрывая слез заплакал, что-то прокричал, из его слов было понятно, что Гитлер капут. Он тоже в душе проклинал Гитлера, который принес в Германию горе и страдания.
ДРУГИЕ СТАТЬИ КАНАЛА:
ВЗЯТИЕ ГОРОДА-КРЕПОСТИ
ВОЕВАТЬ ЧИСЛОМ!
ВЕЛИ ОГОНЬ С ЗАКРЫТЫХ ПОЗИЦИЙ
Если Вам было интересно, нажмите пожалуйста-"нравится" и подпишитесь на канал. Это лучшая поддержка для него. Спасибо за ваше внимание и время.