Тут у нас празднование Победы плавно перетекает в отмечание даты начала Великой Отечественной и катастрофы 1941-го года. Поговорим о том, как эта катастрофа вообще стала возможна.
Сначала, пара слов о том, что было 24 июня 1945 года. По сути, это был триумф, в изначальном смысле. А его по конкретному поводу можно провести один раз, повторить нельзя.
Я очень люблю наши парады, но 24-го будет не парад Победы, а косплей, отмечающий дату нападения на СССР.
Нас с детства кормили рассказами о немецких «танках, самолётах, автоматчиках», упирая при этом на «внезапное нападение». Но любой, кто озаботился поиском информации, уже знает, что танков, самолётов и автоматического оружия в РККА на 22 июня 1941 года было больше, чем в Вермахте. Вермахт превосходил РККА только в совокупной численности личного состава в месте встречи, и не радикально.
Внезапность, конечно, была. Но внезапность — это мгновение. Ну, пускай, всё было внезапно даже неделю. Но избиение РККА Вермахтом продолжалось месяцами.
Попробуем это объяснить с точки зрения «заклёпочника» (человека, считающего, что от ТТХ техники зависит очень много).
Пехота
В Вермахте всё было «бедненько, но чистенько», однако немцы, пытаясь выжать максимум из минимума ресурсов, придумали единый пулемёт, вокруг расчёта которого строилось пехотное отделение. И это, пожалуй, единственная серьёзная техническая инновация в немецкой армии на тот момент. Остальное не многим отличалось от других. Основной винтовкой оставалась магазинная, пистолеты-пулемёты полагались части младшего командного состава.
В РККА была начата программа перевооружения с оружия «царизма» на более современные образцы. основным вооружением пехоты должна была стать СВТ-40, дополненная ручным пулемётом ДП-27 и ППШ-41 у всего младшего командного состава (по оснащённости пистолетами-пулемётами стрелковая дивизия РККА немного превосходила пехотную дивизию Вермахта).
На уровне выше отделения главным оружием должен был стать ДС-39. В результате СВТ оказалась сложновата во всех смыслах для массовой необученной армии, но это не так страшно. ДС-39, который должен был стать главным станковым пулемётом, оказался ни к чему непригодным. Он кушал патроны не в том смысле, в котором надо. Мог зажевать даже стальную гильзу, а большинство патронов на складах были с латунными.
И если отделение было вооружено даже лучше немецкого для большинства ситуаций, то на уровне роты перевооружённое подразделение уступало резко, пулемёт мог отказать в любую секунду.
В итоге вернулись к тому, от чего пришли и главным оружием пехоты опять стали «Мосинка» и «Максим», зачастую — старше самого бойца по возрасту.
Другой грустный момент — борьба пехоты с танками. Кроме пушек, которые не могут быть доступны в любом месте и в каждый момент времени (а танк и средства против него всегда нужны строго здесь и сейчас), у пехоты в арсенале была только фугасная граната РПГ-40, уничтожить которой любой танк было очень проблематично, а опасность для самого бойца она представляла серьёзную.
Кроме того, приняли их на вооружение только за год до войны, запаса не было, поэтому бороться с танками приходилось подручными средствами типа связок гранат и бутылок с зажигательной смесью (всё это — даже хуже такой гранаты).
Затем, когда сомнительная эффективность РПГ-40 стала очевидна, гранату модернизировали, добавив взрывчатки. Дальность броска ещё уменьшилась, сомнительность противотанкового эффекта никуда не делась, а вот смертельная опасность для бросающего стала однозначной.
Первая граната, позволяющая реально уничтожать танки, появилась в 43-м году. Но ещё до этого экстренно были разработаны и запущены в производство противотанковые ружья (раньше что мешало?), а позже появились ленд-лизовские «базуки» и трофейные «фауст-патроны».
Продолжение следует. О технике, и там будет намного больше ада.