О чем не пишут западные «хроники»
Во всем мире считают, что первым берегов Индии достиг Васко да Гама, чьи корабли, после долгого изнурительного путешествия, бросили якорь в бухте города Каликут весной 1499 года. Тем не менее, существуют весьма достоверные письменные свидетельства, что по крайней мере один европеец посетил полуостров Индостан почти за 30 лет до этого.
Этим человеком был русский купец из Твери Афанасий Никитин, составивший о своем путешествии подробный отчет, в наши дни известный как «Хождение за три моря».
Однако его вояж технически не был профинансированной исследовательской экспедицией, изначально это была сугубо коммерческая поездка, которую пришлось спасать такими своеобразными «аникризисными мерами». Афанасий Никитин (Никитин в данном случае отчество, а не фамилия) довольно успешно торговал, выменивая товары средней полосы России на «дифицит» из Византии, Валахии, Литовского княжества и Крымского ханства, и в 1466 году (по другим источникам в 1468-ом), задумал торговый вояж в Персию.
Получив от князя Михаила Тверского разрешение вести коммерческую деятельность в низовьях Волги, он, нагрузив два корабля, отправился в путь. Грузом были, в основном, ценившиеся в странах прибытия меха, купленные на занятые деньги. Путь по Волге в те времена был весьма опасен из-за большого количества разбойников, поэтому караван должен был в Нижнем Новгороде присоединиться к конвою посла Василия Лапина, двигавшегося попутно. По неясным причинам вооруженный конвой дипломата ушел в путь раньше, и Афанасий заключил сомнительную сделку с татарским посланником Ширваном Хасан-Беком по охране своих торговых судов.
Где-то в районе Астрахани случилось неизбежное — караван был разграблен по одним сведениям при попустительстве охранников, по другим, ими же самими. Афанасий, оставшись практически без товара и с перспективой выплаты огромного долга, принял решение продолжить путь, сочтя, что то, что осталось можно выменять на дорогостоящие специи, а остальное он отобьёт посредническими услугами, пользуясь своим знанием тюркских языков. Он добрался до Ирана, где повёл пару лет, но коммерческого успеха так и не снискал.
В Персии его посетила очередная бизнес-идея — он узнал, что есть страна, где высоко ценятся породистые жеребцы и расположена она буквально по соседству. Купив на последние сбережения коня, Никитин, в 1471 году морем достигает индийского города Чауя (Чевиль) и начинает путешествие вглубь страны. Он посетил, прикидываясь странником, Бидар (Бадер), где продал своего коня и Парват, в котором прожил полтора года.
Во время своих скитаний он тщательно записывал всё увиденное, подробно описав социальную пропасть между кастами и адептами разных религий и огромную разницу в доходах различных слоёв населения. Торговля пряностями не приносила сколь-нибудь значимого дохода, и в 1473 году Афанасий пустился в обратный путь, тоже оказавшийся весьма извилистым.
Побывав на Сомалийском и Аравийском полуостровах, он очутился в Трабзоне (Трапезунд), где на таможне лишился всего ввозимого товара. Потом он попал в Феодосию и весной 1475 года двинулся домой. Здоровье купца к тому времени уже было основательно подорвано, и, где-то под Смоленском, он умер.
Неудачная история бизнеса и несостоявшаяся историей успеха русского купца, тем не менее оставила заветный след в истории Руси.