Это июнь 2021 года. Американский эсминец, плывущий рядом с рифом, удерживаемым Пекином в Южно-Китайском море, столкнулся с китайским фрегатом, который пытался отогнать его. Оба судна понесли многочисленные жертвы и, получив повреждения,стоят на якоре у рифа.
Пока неясно, кто был виноват, Вашингтон и Пекин с готовностью обвиняют друг друга. Поскольку США готовятся развернуть больше кораблей в этом районе, чтобы помочь своему судну, Китай заявляет, что это будет акт вторжения на его территорию, который будет встречен силой.
По мере эскалации напряженности Америка призывает своих друзей и союзников поддержать ее. В свою очередь, Пекин предупреждает об ужасных последствиях для тех, кто помогает Вашингтону в нарушении его суверенитета.
Что же делать Австралии?
Такой котел напряженности, требующий ужасно трудного выбора, можно легко представить. В конце концов, эта гипотеза не так уж далека от тупика в 2001 году, когда американский самолет-разведчик был вынужден приземлиться на острове Хайнань после того, как его подрезал китайский истребитель.
Любой австралийский ответ на воображаемый сценарий Южно-Китайского моря должен быть сосредоточен прежде всего на предотвращении насилия со стороны Америки или Китая , которое может привести к войне. И если произойдет немыслимое, Канберра должна стремиться свести к минимуму любой ущерб, который понесет Австралия.
С точки зрения того, как решать эти задачи, существуют две широкие школы мышления. Более крупный "лоялист" обычно сосредотачивается на открытой поддержке Вашингтона, основанной на довольно четкой логике. Мало того, что договор АНЗУСА действует, но и США являются доминирующей военной силой региона и, вероятно, останутся таковой в течение некоторого времени. Таким образом, чтобы поддержать победную лошадь, как это было, добавив австралийские силы обороны к вооруженной силе США, Пекин должен сделать еще более вероятным, чтобы отступить и предотвратить конфликт.
Но с этим подходом есть проблемы. Это мало что делает, чтобы обуздать воинственность Вашингтона, острую проблему в эпоху Трампа и вряд ли уйдет, поскольку китайско-американская холодная война имеет глубокие корни.
Итак, как может выглядеть австралийская двусмысленность и отличаться от нынешних договоренностей?
Во-первых, двусмысленность требует более взвешенных заявлений об отношениях с США со стороны австралийских лидеров, а не рассуждений о центральной роли Америки . Точно так же, говоря " нет " некоторым американским просьбам , таким как развертывание АДС в Персидском заливе, вы начнете задавать правильный тон.
Во-вторых, независимая позиция должна быть зафиксирована в "белых книгах" (и стратегических обновлениях ) и тщательно разъяснена Вашингтону и Пекину. Например, оба должны знать, что в любой американо-китайской войне Австралия, возможно, пожелает вести себя по отношению к Америке так же, как США вели себя по отношению к Великобритании до Перл-Харбора: оказывая всяческую помощь, исключите любую прямую помощь. Это может не понравиться ни одной из сторон, но Пекин особенно должен знать, что альтернатива заключается в том, что он бросает первый камень, а затем находит АДФ на линии фронта.
Наконец, развитие независимых возможностей позволит уменьшить потенциальную зависимость от Америки. Например, в мире, где коммерческие спутники съемки позволяют странам развивать суверенный разведывательный потенциал, Канберра должна энергично заниматься такими вариантами.
Конечно, такой подход несет в себе ряд рисков, в том числе и возмущающий Вашингтон. Но боязнь осуждения не должна препятствовать реализации наших политических интересов, а независимые возможности позволят смягчить негативные последствия огорчения США.
Самое главное, что более независимая Австралия могла бы по-настоящему остудить воинственные головы в Вашингтоне. Если таким образом уменьшатся перспективы войны, то, став более неопределенным союзником, мы сможем стать лучшим другом для Америки.