Тр-р-р-р-р - гремел мотор. Он проснулся. Закрыл окно, хмурясь из-за солнца, что отсвечивало от окна дома напротив.
Проснувшись второй раз, окончательно, он снова открыл окно. Мотор уже стих. Никаких выхлопных газов. И солнце не отсвечивало. Шёл снег. И пахло свежестью. Он любил этот запах. Когда чувствуешь этот запах, ощущаешь себя, ощущаешь жизнь внутри себя.
Он вышел на улицу. Было тихо. Снег прикрыл ржавчину на карнизах. Он пошёл по тротуару, в тысячный раз окидывая взглядом стенды с подвигами военных лет. Он помнил, как в детстве, когда эта улица была такой насыщенной, такой яркой и тёплой, в это же время, чуть ли не каждое утро, он бежал. Бежал прямо здесь. Машин в этом городке немного, так что он ничуть не боялся, пробегая через стоянку. Он бежал к своим друзьям.
“Здравствуйте! А Дима сейчас дома? А он может выйти погулять?”
“Здравствуйте! Ой, привет, Никит. Выйдешь погулять?”
Потом он отходил от подъездной двери и оглядывал такой знакомый дом, вглядывался в ярко-синее небо и радовался.
Он подошёл к той самой двери. Подошёл, не заметив, как капнула с левого глаза слеза. Он уткнулся головой в дверь, разглядывая трещины и царапины. Спустился и прошёл за угол дома. Сел прямо на снег, который покрывал траву. Сел и смотрел, как прекращается снег. Как выходит солнце. Он взглянул вверх. Какое серое небо. Посмотрел на тротуар. Весь в ямах.
Он поднялся и решил сходить на площадку, которую построили давно-давно. Такую яркую в детстве. Такую серую сейчас.
Он вспоминал, как они играли в войнушку.
“Попал! Попал! Мы выиграли!”
“Ха-ха, нет, ты промазал, а вот я в тебя попал, так что это мы выиграли!”
Он закусил губу. Но всё равно и по правой щеке скатилась слезинка. Он залез в деревянный домик с горкой, где они часто устраивали штаб. Сел в углу. Его ноги теперь перекрывали вход и упирались в противоположную стенку. А в детстве они помещались сюда вчетвером, а если повезёт и выйдет ещё одна их подруга, то впятером.
Он не хотел выходить оттуда. Пахло деревом. Пахло детством.
Пошёл снег.
Он вышел из домика прямо по деревянной горке. Раскинул руки и поднял голову. И закружился. А потом открыл глаза и медленно пошёл через свой дом к пруду. Перешёл через него по хлипкому мосту. И посмотрел оттуда на знакомую ему улицу. На главную и почти единственную дорогу. На пятиэтажки со старыми окнами и отваливающейся штукатуркой. На двухэтажку, в которой ему довелось жить некоторое время. Там в его комнате по ночам светились звёздочки на стенах.
Он оглядел поляну, на которую пришёл. Здесь пахло сыростью. И именно здесь, на том самом месте, где он стоит, они когда-то давно устраивали пикники. На этой траве, в окружении деревьев и с видом на пруд.
Он вернулся в дом. Занавесил окно шторами. По его щеками пролегали дорожки слёз.
Тр-р-р-р-р - гремел мотор.