(рассказ)
В самолёте было душновато. Место 9А у иллюминатора - клиент поскупился на бизнес-класс. «Бывает, - подумал Алекс. - Чем выше, тем ювелирнее они оттачивают навык считать деньги. - Скорее машинально отметил он и устало прикрыл глаза».
Сейчас ему на всё было попросту наплевать. Но стоило опустить веки, и тут же навалились, будто ждали наизготове, воспоминания последних дней: холодное заснеженное кладбище, полумрак Долматовского монастыря, иеромонахи, со вниманием творящие молитву. «Упокой, Господи, душу раба твоего Олега..» - нараспев читал мужской голос.
Пассажиры постепенно прибывали. Рядом с Алексом приземлилась намейкапленная девица, нервно разговаривающая по телефону.
—Но я думала ты прилетишь следующим рейсом?! То есть я буду там целый день одна? - Она истерично пыталась запихнуть сумку на полку.
«Ох, уж эти наши ожидания! - думал Алекс, слушая девушку. - Мы беззаветно отдаёмся им, мы строим на них свои планы. И мы же захлебываемся от обиды на мир каждый раз, когда реальность и надежды не совпадают».
Наконец, все уселись, и через несколько минут самолёт поднялся в воздух. Под монотонный гул моторов Морриса клонило в сон, но уснуть не удавалось - перевозбужденный мозг генерировал мысли и терзал воспоминаниями.
Вот, например, продолжал он начатые размышления, оканчивая психфак, большинство новоиспеченных «специалистов» так представляют себе трудовые будни: уютный, приятно пахнущий кабинет с мягкими креслами, разговор по душам, клиент, жаждущий начать новую жизнь незамедлительно после вашего сеанса. Однако не зря говорят, что жизнь круче любого , самого фантастического, сценария. Реальность непредсказуема и многогранна. Одной такой гранью она повернулась ко мне в 90-е.
Расцвет бандитских капиталов, силовых методов ведения бизнеса, мышления альфа-самцов. Однако даже богатые мачо советского розлива постепенно понимали: для сохранения нажитого и преумножения оного хорошо бы научиться договариваться, овладеть навыками правильной коммуникации, так сказать.
Благодаря веяниям с запада невероятно модными у нас стали корпоративные тренинги, интенсивы и семинары всех мастей.
Выездной тренинг с цепляющим названием «коммуникация с трудными клиентами» мне предстояло провести по заказу владельца одной крупной фирмы.
По аналогии с известным комедийным фильмом сначала намечались корпоративные гуляния с распитием горячительных, потом тренинг, потом решили совместить.
Обучение проходило в оставшемся с советских времён санатории, слегка наштукатуренном под запросы новых русских. Он весьма уединенно располагался в лесном массиве прямо в черте города.
Что характерно, ближайшим и единственным граничащим с ним сооружением было здание местной психушки. Ее было хорошо видно из окон профилактория, но и без того все прекрасно знали о соседстве с ней.
Итак, дело было на майские праздники. Груженые под завязку мясом, закусками и алкоголем собственник и свита прибыли, и понеслось. Вообще, колоритнее того обучения сложно что-то представить: небольшая комната с моим флипчартом и стулом посередине. Напротив меня, кто на чём, расслабленно восседают человек десять мужиков в спортивных костюмах. Рядом столики, уставленные виски, ромом, дорогими коньяками. У кого-то на коленях сидят приглашённые подруги понятного назначения. Шутки с матерком, звон бутылок, заигрывания и хохот девиц: развернуться на полную этому пьяному дебошу не давало только присутствие Главного.
Так прошёл первый день. Утром второго дня директора вызвали в город решать неотложные дела и он уехал.
К обеду радостные сотрудники так накачались, что уже еле стояли на ногах. Похоже имевший авторитет среди участников, некий Олег, по бойцовски сбитый, гибкий парень вёл себя всё более разнузданно. Я давно за ним наблюдал: он хвастал, что недавно вернулся из Вьетнама, где обучался в монастыре боевым искусствам, периодически демонстрировал растяжку и приёмы любопытствующим. Как человек, не понаслышке знакомый с темой восточных единоборств, я оценил его подготовку на высоком уровне. Этакая машина для убийства, управляемая, похоже, только Главным, который, к несчастью, преждевременно уехал.
Наступил момент , когда выйдя на перерыв, я просто не мог сдержать накатившую злость и раздражение. Что я здесь делаю? Большие деньги зарабатываю? Да пошли они со своими деньгами! Я им не клоун! Всё, сейчас плавно сворачиваю лавочку, сажусь в машину (благо приехал на своей) и уезжаю отсюда. Внезапно другой внутри меня спокойно и трезво произнёс: «И что, так и будешь бегать? Ты ж как раз про выстраивание коммуникации. Хотел интересный кейс? Так вот же, бери, пробуй. Ну сложный случай, да. Но прямой опасности для жизни нет?! Вот и тренируйся».
Моя решимость сбежать поколебалась, смена контекста пробудила азарт, и, вернувшись после перерыва, я продолжил тренинг, соображая, как бы эту «игру» повернуть в нужное мне русло.
Наверху как будто читали мои мысли. «Хочешь поиграть? - Говорит Вселенная. Сей момент». И минут через десять после начала тренинга я, продолжая излагать очередную мудрую мысль, боковым зрением вижу, как тот самый Олег, покачиваясь, встаёт с места и направляется ко мне. Присутствующие на этом моменте слегка протрезвели и затихли в ожидании бесплатного цирка.
Понимая, что вот сейчас развернётся главное действо, я демонстративно не поворачиваясь в сторону опасности, продолжаю говорить. Ещё минута, он поравнялся со мной. Продолжаю делать вид, что не замечаю его. Он вскидывает правую руку, зажатую в кулак, прямо перед моим лицом и, тыча внутренней частью предплечья мне прямо в глаза, резко спрашивает: «Это что?» - Задача явно стояла взять меня на испуг. Все затаили дыхание.
Я, стоя всё также прямо, ощущал как за долю секунды всё тело пришло в боевую готовность, а сознание как будто перешло на совершенно другой режим работы. Моё зрение вдруг обретает нужную резкость, и я замечаю на внутренней стороне руки несколько мелких порезов в области вен. Моментально включается понимание: передо мной признаки истеричного суицида. Становится более понятным, что за тип.
—Порезы - Как можно более спокойным тоном отвечаю я.
—Да, верно - Оскалился в улыбке Олег и сел на мой стул. - Я тут помогал одной даме изгонять дьявола, ну и немного почистился после. - Также весело и невозмутимо продолжал он.
Внезапно он хватает мою правую руку за запястье , и хотя со стороны кажется ничего особенного, я ощущаю, что зажат словно клешнёй и просто так мне не вырваться.
Присутствующие, казалось, перестали дышать.
—Садись, - обращается ко мне Олег.
—Куда? - интересуюсь я.
—Да где стоишь, там и садись - чисто по-бандитски ухмыляется он.
Я стою, не шелохнувшись. Рука в захвате. Олег, развалившись на стуле, поворачивается к народу:
—Чё ты им объясняешь? Ты посмотри на них. Им же нах это все не надо. Вот эти смыслы и философия твоя не для них. Им надо сказать делай так, тут налево, это направо.
О как! Удивляюсь я про себя. А Олег этот, оказывается, не жлоб какой-нибудь, не тупой качок. Я чувствовал как просыпается мой интерес к нему.
—Вот этот, - он ткнул пальцем в здоровенного детину воровского вида - думает, что он - типа крутой бандит. А на самом деле он - ноль, говно!
Мужик напрягся, побледнел, видно было как заиграли желваки на лице,но промолчал.
—А этот ... - Продолжал резать правду Олег. - Типичный подхалим, слабак, норовит подмазаться к Главному. Олег методично раздавал характеристики присутствующим.
И хотя он крыл всех последними словами, что удивительно, никто и слова не попытался возразить. В какой-то момент мне стало понятно почему: он ведь по большому счёту говорил их суть! Олег этот, из недалекого бандюгана на моих глазах превращался в интригующую личность.
К моменту, когда он кончил говорить, стояла гробовая тишина. Концентрация напряжения была такая, что того и гляди, заискрит.
Все понимали: по закону жанра, следующая реплика - за мной. Если и бывает стопроцентная концентрация внимания, то это была она. Здоровые мужики, за несколько минут превратившиеся в пацанов, смотрели на меня, и на лицах их смешались страх, жалость, и в каком-то смысле надежда - ведь я был для них, своего рода, последний рубеж, способный переломить ситуацию.
Стоя всё также с зажатой в тисках правой рукой, я понимал, что вырваться без потерь не удастся. А делать что-то надо. И я делаю практически единственное доступное мне на тот момент движение: медленно поворачиваю голову налево и несколько секунд задумчиво смотрю в окно. Затем, в полной, почти звенящей тишине, обращаясь как будто в никуда, но на самом деле к нему, произношу следующее:
—Знаешь, чем отличаются сумасшедшие от нормальных людей? ...- Пауза. - Тем, что от них иногда можно услышать правду.
Прошла, наверное, вечность пока до присутствующих дошёл смысл сказанного. Вот так, не впрямую, но назвать его сумасшедшим! При этом признать, что он сказал правду. И ему выбирать, что «съесть»: похвалу или оскорбление.
Олег ослабил хватку, лицо его выражало полное замешательство. Затем он словно в трансе встал и покачиваясь молча направился к выходу.
— Браво! - хрипло произнёс он, не поворачиваясь. И словно в замедленном кино раздались три отрывистых глухих хлопка - овации.
Народ ожил, загалдел, объявили перерыв.
В коридоре Олег подошёл ко мне и вежливо, насколько мог, обратился
—Можете ко мне зайти? Надо поговорить.
Помню, когда зашли в номер, я был поражён количеству пустых бутылок повсюду. Ну даже если он пил не один, всё равно какое-то дикое количество!
—Давай выпьем, - предложил Олег, наливая себе виски.
—За рулём, - попытался отказаться я.
Тут дверь в номер распахнулась и в проёме возник их штатный психолог Михалыч.
—Олег, ну что, как ты? Продолжаем? - заискивающе вопрошал он. - Там ребята собрались уже...
—Михалыч... - прервал его Олег. - А парень то - золото!
Михалыч расцвёл: «Конечно, золото! А я что говорил? Я ж так и говорил!»
Но, не дожидаясь пока тот закончит фонтанировать, Олег добавил: «Михалыч! А знаешь кто ты? А ты - говно!»
Надо сказать, что после перерыва тренинг пошёл на ура. Девочек убрали, спиртное ликвидировали. Ребята честно напрягали все свои извилины, стараясь понять суть излагаемого».
—Что желаете? Чай, кофе, вода? - прервала поток воспоминаний стюардесса.
—Воду, пожалуйста.
Он отпил из бумажного стаканчика. С Олегом они дружили вплоть до его смерти. Через него Олег воцерковился.
Алекс смотрел в иллюминатор. Там над облаками разливалось закатное солнце. Под облачной толщей вскоре появится море, и теплый гостеприимный остров примет его в свои оливковые объятия. Жизнь продолжается, думал он, как и положено жизни, несмотря ни на что. «Покойся с миром, друг ... - беззвучно прошептал Алекс. - И, надеюсь, до встречи».