Это дом, огород и книги. В таком порядке выстраиваются места убежищ у взрослого ёжика. Молодой ёжик стремится укрыться сначала в книгах, а потом дома. Огород не кажется привлекательным местом для норки.
Книги для молодого ёжика имеют жизненно важное значение. Он не берёт несъедобные, ищет грибные места с крепкими боровиками. Но, впрочем, у каждого ёжика свой вкус. У нашего, например, хорошо зашли красные томики Шекспира, подобрал в этом месте всё до крошки, уже какую-то «Бурю» и «Генриха V» напоследок подчистил. А вот А. Франс хоть и привлекал обилием изумрудных толстых томов, но оказался несъедобным.
Ходит ёжик по полкам, фыркает – ищет питание. Помнится, серые тома, старенькие уже, подъеденные, Беляева о-очень по душе пришлись. Это было пиршество какое-то! Тоже красные Вальтера Скотта, но кажется немного другой окраски, нежели Шекспира, были вкусные, но этот вид часто встречался и под другой шляпкой, цветной и всякой, с картинками.
Тащил ёжик в норку целые авоськи себе пропитание из библиотеки. А когда оно заканчивалось, так ведь в доме –то разве другого не найдешь! Рисовать можно или плести из ниток что-нибудь. Дома не скучно, тем более, что и двор – тот же дом. А там для молодого ёжика на каждом углу пир горой – игры дворовые.
Взрослому же ёжику, а особенно пожилому книги хоть и дают пищу, но всё-таки уже не очень калорийную. Потому что разборчив он стал в плане питания, да и пресытился немного изысканными блюдами. Теперь ему приятно отведать простой еды, приготовленной своими руками. Руки заняты, мозг отдыхает. Рукоделие – ёжиково всё! Вязание всякое, шитьё, и разная ерунда вроде «ловцов дождя» из полых стеблей борщевика.
Еще вырастить на земле своими руками какое-нибудь растение приятно. А что делать, если живёт в городе? А пустыри-то есть поблизости? Ну вот и прекрасно! Главное – в землю по весне зарыться, посадить что-нибудь, да хоть крапиву, она что-то вырождаться на пустырях стала, холить росточек, поливать и наблюдать, как растёт.
Да, пообтрепался ёжик в житейских бурях, иголки в боях затупились, нервным стал, неприятным. Поэтому в норку, в норку!