- Где твои родители? Ты сбежал один?
Мальчишка вздохнул и не ответил. В самом деле, глупо как-то получилось. Дети здесь взрослели рано и лет с шести считались самостоятельной рабочей единицей.
Мальчишка вдруг что-то заметил, прополз на коленках, заглядывая под один из стеллажей. Я не совсем понимала, что его там заинтересовало. Он запустил руку под полку, пошарил по полу и достал небольшой цилиндрический контейнер с крышкой. Сквозь прозрачные стенки были видны маленькие цветные горошинки. Конфеты. Дрожащими от нетерпения руками он открутил крышку, достал пригоршню и… улыбнулся. Это так дико было видеть. Я давно не встречала улыбающихся людей, наверное, с того самого момента, как люди перестали быть свободными.
Мальчишка жадно засовывал конфеты в рот, потом видимо вспомнил про меня, остановился, виновато протянул на ладони горошинки.
- Тут много.
Я взяла предложенные конфеты. Во рту тут же образовалась тягучая слюна – мы давно не ели сладкого. Сахар было трудно достать, а конфет и подавно не было. Еще в первые годы нашей оккупации, кто-то из отчаянных бегал в брошенные на произвол судьбы магазины, таскали разные продукты, потом продавали. Тогда еще надеялись, что деньги могут понадобиться, никто не верил, что наше рабство – это надолго. Потом, когда все запасы кончились и охрана стала надежнее, сладкое насовсем исчезло из нашего рациона.
Мы сидели с мальчишкой, прислоняясь спинами к битым прилавкам, и посасывали эти конфетки – за долгие годы они просто закаменели, но все равно было восхитительно приятно ощущать их вкус. Кто-то подал знак: путь свободен, корабль голенастых пролетел мимо. Нас не заметили, можно было двигаться дальше. К нам подошел мужчина средних лет, самый старший из нас. Стариков среди людей не было вообще – инопланетяне их попросту истребляли – они были непригодные для работы, а платить пенсию здесь никто не собирался.
- Мы не успеем до темноты, – сказал мужчина.
Из всей нашей компании он запомнился мне больше всех. Он не был красавцем, и, пожалуй, в мирное время я бы не обратила на него внимания – небольшого роста, коренастый, лицо обычное, но от него веяло такой уверенностью и надежностью, что сейчас было более ценным достоинством.
- Ночью по городу передвигаться опасно, – предупредил он.
И мы это знали. Ночью выходили на свободу еще более страшные монстры, чем наши захватчики. Они были злобными и не подчинялись никаким законам. Это были те же люди, но опустившиеся настолько, что ели своих же. Людоеды из сказок оказались реальностью. Они нигде не работали, жили в разрушенных городах, днем прятались, боясь патруля, а ночью выходили на поиски жертв, как хищные звери.
- Но вышка совсем рядом, - возразила я. Сквозь разбитые окна магазина был виден заветный высотный дом с вертолетной площадкой.
Мужчина покачал головой.
- Через час начнет темнеть, твари повылазят. От них пощады не жди.
- Другие уходят, - не соглашалась я. Не терпелось поскорее добраться до вертолета. Мы были так близко.
Другие люди, те, что бежали с нами, действительно начали выходить из здания. Патруль скрылся, и они почувствовали себя увереннее.
- Пусть уходят, - коротко бросил мужчина. – У них свои мозги. Уговаривать глупцов я не собираюсь.
- У тебя есть какие-то конструктивные предложения? – обратился к нему мальчишка. И я еще раз удивилась, насколько по-взрослому он себя ощущает. Совсем маленький и уже большой. Мое сердце сжалось от щемящего чувства к этому чужому мальчишке. Кто виноват, что вместо игр и учебы он вынужден думать о том, как выжить?
- Предлагаю остаться здесь и заночевать.
- Здесь?
Я с ужасом огляделась. Пустые окна и выбитые двери помещения никак не выглядели надежным убежищем от тварей.
- Здесь есть подвал. Подсобка. Там можно закрыться и продержаться до утра.
продолжение следует
Подписывайтесь и будьте с нами,
Ваши Любовь и Елена