Есть такое легкое и комфортное хобби – нырять без акваланга. В океане. Неглубоко. Рекорд пока всего лишь 124 метра. Новозеландцы же вообще без северной башни. Один из них – Уильям Трабридж так и сделал. Перекрестился и нырнул в свободное погружение. Без ласт. В хорошем месте – на Багамах.
Я тоже нырнул как-то.
В жизнь.
Первые два метра шли легко. Бирюза вверху светит родителями за ручку. Детский садик манной кашей и овсянкой накрывает кислородным куполом. Шкафчик свой, с жирафом. Шея длинная, с теплыми пятнами по дереву. Шершавая. Без заноз пока. Утренники зимней свежести бумажных снежинок. Серый волк из картона, зубы мягкие. Усато-полосатые матрасы детенышей тигровых акул плавают вокруг.
Следующие три метра вообще розовым бантиком на линейке с шариками первого сентября. Дышал в основном мелом, чернилами на пальцах и старательным букварем в начале строки линейной тетрадки. Потом первые шалости свежестью только крашеной парты вдохнули. Ручка Bic из прозрачного пластика как трубка аквалангиста смешным кислородом в щеку школьника через парту осьминогом из обслюнявленного комка промокашки осьминога плюнула. И не раз. И в ответ скомканная медуза прилетела.
Еще три метра средних классов проплыли подмигиванием записок одноклассниц и черно-белой формы крестиком замеленной метелями декабря тряпкой в доску учительнице спиной к классу. Плавно пролетели, никто не помнит.
Старшие классы уже стали глубже правилом буравчика в водоворт учебника физики и уроки баскетбольным мячом в физкультуру. Еще метра на три. Кислород плещется в крови. Не понимает, куда ему впитываться. Скачет как скакалка во дворе, футбольный мяч пинает грядущей глубиной.
Выпускной еще как минимум метр сплавал. С вином тайком, уже не первыми поцелуями поверхности океана на ярких плакатах на стенке ярко-пляжного загара. Песком экзаменов на школьный диплом упав.
Несколько метров высшего учебного плеснули в маску безудержным весельем шпаргалок и лекций в маску. Тогда еще обычную, без всяких уровней защиты и с манту на страже. С картами мира на столе преферанса во дворе. С пулей чернилами, а не имейлами.
Дальше началась легкая управляемая через резюме паника будущих работодателей. Что с этим дипломом делать? В какую стопку его засунуть, даже если красный? Начались спорадические движения пузырьков звонков. Куда все-таки плыть – вниз по плану или все-таки непонятно?
Сомнения рассеялись на следующих десяти метрах закатами и рассветами экселя в мышку кликом. Пришлось руками раздвигать плотные массы воды, чтобы вплыть в рабочий график и похвалу начальнику.
Затем пошли волны глубоких отношений с рыбками и акулками. Они же тоже по-разному плавают. То вверх зубками, то вниз хвостиками в ветер. Но самая главная линия плавника все равно оказалась под рукой. Крепко в руках держалась сначала. Даже вокруг мелкие приятные рыбки стайкой рядом держались, ненадолго. Потом расплылись, но всегда рядом.
Далее вынырнули разные блэк-ауты в небо движениями водный массы воды. Маску приходилось продувать не раз и не два. Иногда совсем без паники. Иначе морская крыса всей своей уродливой внешностью химеры приснится.
На сороковых метрах началось самое интересное. Кислород наконец-то понял, как кровь сатурацией насыщать. Как гемоглобином положить на гипоксию. Нежностью эритроцитов раствориться в плазме крови.
А далее – вопрос. Обратно – или дальше в глубину? Без акваланга и ласт. Да еще кашалоты двадцатью тоннами вокруг шастают.
Ну, тут только каждый сам себе ответ может дать.
Я – дальше.
PS Нырните в лайк. Кислорода не хватает. Полная гипоксия😉.
Фридайвер в жизнь