Найти в Дзене

Север наш?

Помните, в свое время Б. Гребенщиков пел о полярниках: «Никто не знает, зачем они здесь, и никто не помнит их лиц…» Можно часто слышать, в том числе и от ученых, что Север осваивать (т.е. строить дороги, города, заводы) не нужно, давайте переселимся на юг, а нефть можно качать вахтовым методом. Полагаю, что после восстановления мировой экономики (а оно точно произойдет, поскольку никому не нравится жить в мире Греты Тунберг, люди хотят потреблять) продолжится борьба за ресурсы. В недалеком будущем все внимание будет приковано к Крайнему Северу. Нет, можно, конечно, добывать углеводороды на Луне (как обещал Трамп), но Север все-таки ближе. Магаданская область, Якутия, Арктика – еще не тронутая целина с точки зрения добычи углеводородов. Вот Норвегия забеспокоилась: по ее мнению, Россия может выкачать углеводороды на трансграничных месторождениях в Арктике. Наша страна это действительно может, поскольку имеет все необходимые технологии и инструменты, включая ледокольный флот. Кроме
Фото из открытых источников
Фото из открытых источников

Помните, в свое время Б. Гребенщиков пел о полярниках: «Никто не знает, зачем они здесь, и никто не помнит их лиц…» Можно часто слышать, в том числе и от ученых, что Север осваивать (т.е. строить дороги, города, заводы) не нужно, давайте переселимся на юг, а нефть можно качать вахтовым методом.

Полагаю, что после восстановления мировой экономики (а оно точно произойдет, поскольку никому не нравится жить в мире Греты Тунберг, люди хотят потреблять) продолжится борьба за ресурсы. В недалеком будущем все внимание будет приковано к Крайнему Северу. Нет, можно, конечно, добывать углеводороды на Луне (как обещал Трамп), но Север все-таки ближе. Магаданская область, Якутия, Арктика – еще не тронутая целина с точки зрения добычи углеводородов.

Вот Норвегия забеспокоилась: по ее мнению, Россия может выкачать углеводороды на трансграничных месторождениях в Арктике. Наша страна это действительно может, поскольку имеет все необходимые технологии и инструменты, включая ледокольный флот. Кроме того, Россия способна защитить месторождения, с 1 декабря 2014 года существуют арктические войска (Северный военный округ), куда входят подводные и надводные силы, морская авиация, береговые войска и ПВО.

Шесть лет назад создание Северного военного округа казалось бессмысленным. От кого защищать границы России на севере – от белых медведей?

Но вот на днях прозвенел еще один звоночек, и мы поняли, что решение было стратегически верным и денег на освоение и защиту Севера жалеть не нужно.

А звоночек такой. В Баренцево море зашли три эсминца типа «Арли Берк». Каждый нес до 96 ячеек установок вертикального пуска Mk41. Корабли могли дать залп по нашему побережью сотней ракет или отразить серьезный воздушный налет.

Поэтому министр обороны Сергей Шойгу еще в феврале заявил, что российские войска надежно обеспечивают «оборону важных промышленных объектов и защиту экономических интересов России в Арктической зоне».

Что искали США так далеко от своих границ, чего хотели добиться? Во-первых, желали прощупать нашу боеспособность. Во-вторых, проверить свою. В третьих, согласно «арктической доктрине», в ближайшем будущем блокировать Северный морской путь и сделать весь регион «свободным для международного использования».

Нас это, конечно, не устраивает. Пришлось организовать свои учения, чтобы отпугнуть незваных гостей. Порадовало, что эсминец «Дональд Кук» замерз во льдах, но зато американская подлодка USS Albany (SSN-753) типа Los Angeles успешно выполнила свою задачу, которая состояла в «противостоянии любым действиям российских субмарин Северного флота РФ в непосредственной близости к местам дислокации на Кольском полуострове». А вот это уже неприятно.

Подводя итог, замечу, что Арктический шельф нам осваивать придется в любом случае, но делать это в спокойной обстановке наши «заокеанские партнеры» не дадут. Так что будем следить за развитием событий.

Хорошо, что на сегодняшний день мы знаем, как ответить американцам и Б. Гребенщикову на вопрос: «Зачем нужны полярники?».