Своим дебютным фильмом «4» (2004) Илья Хржановский получил кредит доверия зрителя и, впоследствии, заслужил пристальное внимание к проекту ДАУ. Один из главных секретов успеха «4» – сильный сценарий за авторством известного писателя Владимира Сорокина. Сорокин на литературном поприще в совершенстве овладел искусством препарировать русскую и советскую действительность.
До сотрудничества с Хржановским Сорокин уже имел опыт написания сценариев для кино. Сценарий «Копейки» (2002) режиссёра Ивана Дыховичного и «Москвы» (2000) Алексея Зельдовича вышли из-под его пера. Но, пожалуй, именно «4» можно назвать лучшей экранизацией Сорокина. В успехе «4» надо отдать должное и самому Хржановскому, например, обескураживающие сцены с пьяными голыми старушками – его заслуга.
Многообещающий тандем Сорокин-Хржановский должен был вернуться в ДАУ. Сорокин написал сценарий, однако в процессе работы над фильмом, Хржановский от него отказался и в корне изменил всю концепцию. Чтобы представить себе ДАУ, который мы потеряли, достаточно вспомнить роман Сорокина «Тридцатая любовь Марины».
«Тридцатая любовь Марины» имеет много общих тем с проектом Хржановского. В центре сюжета романа тридцатилетняя Марина – неудавшаяся пианистка в прошлом, преподавательница в настоящем. Марина ведёт богемный образ жизни, вращается в диссидентских кругах. Пресыщенная излишками жизни женщина несчастна в любви и отдаёт предпочтение женщинам, хоть и не брезгует спать с мужчинами, имея корыстные интересы. В романе присутствуют подробные сцены секса и алкогольного угара диссидентов, а на дворе тем временем 1983 год. Тоталитарная идеология и довлеющая советская символика на своём месте. В конечном итоге они приведут жизнь Марины к необратимым метаморфозам.
История Марины подана изящно и романтично – без сальной пошлости преобладающей в ДАУ. Советский быт передан с глубоким знанием дела. Пьянствующая интеллигенция обладает притягательным шармом, который безвозвратно ушёл вместе с южинским кружком и метафизикой Даниила Андреева. Попойки учёных и буфетчиц в ДАУ вызывают лишь чувство неловкости и стыда. Они сродни самому незаурядному бытовому алкоголизму.
Вместо работы с советской действительностью и с историями интересных людей того времени, Хржановский ударился в социальную антропологию. Эпатаж и шумиха, конечно, сделали своё дело – ДАУ стал скандально известен. Однако с выходом каждого нового фильма проекта, надежды на что-то большее, к сожалению, исчезают.