УФА. БЕЛБСКИЕ КРУТОЯРЫ И ОСТРОВА.
Будучи совсем мальчишкой, мы с отцом отправлялись рыбачить на деревянной лодке-плоскодонке вверх по течению Белой от Уфы к далекой Нагаевской горе. Путь был не близкий – как ни как, а около 30 км. Начинали мы свое путешествие рано утром – когда сводили разведенные на ночь плашкоуты деревянного моста. Самым трудным местом был мощный Ильинский перекат вдоль левого берега, занятого причаленными к нему многочисленными плотами. Этот участок проходили на веслах и, миновав его, причаливали к началу Цыганской поляны, от которого начинался Чижевский крутояр. Здесь я вылезал из лодки и, взяв толстый и длинный шпагат, смотанный толстой шпулей на палку, выходил на берег. В то время верхняя часть крутояра представляла собой длинный выгон для скота, который держали жители Цыганской поляны.
.Отец сидел на корме лодки и управлял ею коротким кормовым веслом с широкой лопастью. Я же босиком шел по верху крутояра и бурлачил ее через плечо на толстом шпагате привязанным к уключине лодки. Когда крутояр заканчивался я спускался вниз к воде, и мы переправлялись на противоположный песчаный берег. Там все повторялось.
Прошли десятилетия, но все названия бельских речных крутояров, песчаных пляжей и встреченных нами островов хранятся в моей памяти. И все это благодаря отцу, который не только знал их названия, но и рассказывал о них много интересного. Сейчас я уверен, что найдутся лишь считанные единицы уфимцев-старожилов, которые смогут назвать их.
Однажды позвонил мне домой башкирский краевед, почетный гражданин города Уфы Г. Ф. Гудков и поблагодарил меня за название Чижевского и других крутояров реки Белой, которые были приведены мною в путеводителе «Башкирия туристская». Я был рад этому звонку и несколько удивлен. Мы знали друг друга давно и порою довольно прилично спорили, отстаивая те или иные факты, связанные с событиями или историческими местами Уфы и республики.
Разговор тот был долгим и интересным. Я пообещал ему, что при возможности наверстаю упущенное связанное с названиями рек, озер, островов и приведу их в своих очерках и книгах. Сейчас я исполняю обещание, данное этому прекрасному человеку.
Если спускаться на лодке вниз по течению Белой от устья реки Уршак, то по ее левому берегу тянутся Уршакский и Чесноковский крутояры. Чесноковский крутояр заканчивается вблизи песчаного карьера глубокой «оспиной», отмеченной около автомобильного моста через Белую, у тракта Москва-Челябинск.
Первый пролет этого моста должен быть принят в эксплуатацию в конце семидесятых-начале восьмидесятых годов, но случился конфуз. По уже готовому пролету моста должен был первым проехать первый секретарь Обкома КПСС М.З.Шакиров. Проехал. И вдруг правая опора моста рухнула. Естественно стали искать причину – чуть ли не покушение на главу республики. Оказалось, что опора под тяжестью моста просто соскользнула вниз по основанию каменной наклонной плоскости, которую не смогли определить геологи и разработчики этого долгожданного моста.
Перед этим мостом совсем недавно находится большой песчаный Калмыковский остров. Его можно увидеть на старых картах и всех лоциях реки Белой. Правый берег реки называется Калмыковским крутояром и заканчивается он километра через полтора напротив нижнего устья истока Архимандритского озера впадающего слева в Белую. Само же озеро Архимандритское некогда принадлежало уфимскому мужскому монастырю. Его монахи не только следили за ним и продавали выловленную в нем рыбу горожанам, но главное являлись надежными защитниками Уфы.
От этого истока вниз по течению Белой тянется Большой Костлявый яр, на котором сейчас находятся ряд строений турбаз уфимских заводов.
Напротив этого крутояра находится песчаный берег называемый «Золотые пески». Название этого пляжа появилось сравнительно недавно и связано с некогда расположенной в нижней части Большого Костлявого яра турбазой Башкирского совета по туризму и экскурсиям носившей это же название. Этот пляж заканчивается у истока нижнего истока Леудановского озера и продолжается вниз вплоть до устья реки Уфимки и называется Малый Костлявый яр. Пляж, что расположен напротив него, на левом берегу, называется «Солнечные пески». Здесь расположены корпуса профилактория «сорокового» завода – Уфимского приборостроительного производственного объединения.
От строений Уфимского мелькомбината тянется один из самых протяженных Бельских крутояров – Чижевский яр. Он как бы перегорожен поперек дамбой – искусственно созданной насыпной грядой, еще с царских времен укрепленной от весенних половодий глыбами дикого камня. Это не что иное, как начало Старого Оренбургского тракта,
позволявшего использовать его в весеннее половодье. К дамбе во время разлива реки Белой причаливал паром, путь которого начинался от речного причала, стоявшего чуть ниже устья реки Сутолоки. Отсюда паром шел вверх по течению Белой. Тянули его тросами спаренной тягой катера-толкачи. Постоянным местом причала, стоянки и ремонта этих катеров служила мотобаза расположенная на Цыганской поляне, немного ниже плашкоутного моста. Катера мотобазы осуществляли сплав и проводку плотов по рекам Белой, Уфе и Симу, вели паромные переправы и исполняли другие работы на реках.
Чижевский яр заканчивается в верхней (южной) части Цыганской поляны, называемой ранее Ильинской слободой. За крутояром, почти посередине реки Белой, лежит песчаный Чижевский остров, поросший тальником. Этот крутояр назван в честь известного уфимского купца, землевладельца и лесопромышленника Федора Ивановича Чижова. Он славился своей благотворительной деятельностью, в 1900 году на собственные деньги им построены и оборудованы две больницы на улице Цюрупы (Телеграфной). Городская дума в 1832 году учредила звание «Почетный гражданин Уфы» и одним из первых это звание было присвоено Ф. Е.Чижову.
За последние 50–60 лет Чижевский яр «съеден» течением реки почти на 100 м. Его неоднократно укрепляли каменными глыбами, ивовыми и иными плетнями. В 50-е годы вдоль него, начиная от Цыганской поляны и вплоть до дамбы, тянулась обширная луговая пойменная поляна, служившая местным жителям удобным выгоном для скота. По ее краю из Уфы шел мощенный Старый Оренбургский тракт. Разрушение яра удалось приостановить лишь со строительством в 1956 году капитального автогужевого моста и нового полотна Оренбургского тракта. Вдоль него в 1955–1959 годы по обеим сторонам были высажены деревья, в основном тополя. Они не только уберегли от размыва береговую полосу Чижевского яра, но и предохранили тракт от снежных заносов.
Свое название этот яр получил от лесной пристани, расположенной на противоположном правом берегу Белой, принадлежавшей Федору Чижову. Сюда долгое время причаливали плоты, которые сплавлялись по Белой как самосплавом, управляемые вручную «веслами-бабайками», так и с помощью катеров-тягачей. Эта пристань долгие годы служила уфимцам основным поставщиком дров и звалась тогда третьей и шестой пристанью.
Напротив устья реки Сутолоки долгое время существовал безымянный песчаный остров, который очень мешал судоходству. Поэтому было принято решение убрать его из русла, это сделали земснаряды в 50-е годы. Русло Белой стало шире и глубже. Перекат с очень сильным течением, что тянулся вдоль левого берега Цыганской поляны и затруднял причаливание плотов к лесопилкам, стал спокойней и безопасней.
После ввода в строй капитального моста, заменившего старый плашкоутный, существовавший на этом месте с 1892 года, изменилось и направление Старого Оренбургского тракта. Он стал «прямее», перечеркнув чуть ли не пополам своим насыпным полотном бывшую Ильинскую слободу, нынешнюю Цыганскую поляну. Тракт оставил в памяти старожилов одно из его названий - улицы Берия, затем сменившей на улицу Зои Космодемьянской.