Вторая мировая война добралась до итальянских гангстеров, когда их услуги понадобились американским военным.
В распоряжении Германии, Италии и Японии были тысячи недавних соотечественников с гражданством США, не до конца отказавшихся от корней в угоду американской мечте. Соответствующие службы Берлина, Рима и Токио активно вербовали среди них агентов, с помощью которых успешно использовали за океаном своих диверсантов.
В частности, германская разведка проявляла повышенный интерес к нью-йоркским докам, которые играли исключительную роль в транспортировке американской техники и вооруженных сил в Европу и Северную Африку. Через порт Нью-Йорка в то время осуществлялась половина внешней торговли США.
Для понимания масштаба проблемы надо пояснить, что пирсы Бруклина, Куинса, Манхеттена и Нью-Джерси растянулись почти на 200 миль. Ежедневно в транспортных операциях было занято около тысячи ж/д вагонов и двух тысяч грузовиков.
Альберт Анастази, он же «Безумный шляпник», заправлял доками Нью-Йорка, пока Чарльз "Лаки" Лучано находился за решеткой. С началом войны не только саботаж, но и диверсии стали обычным делом в доках. Навести порядок в доках власти оказались бессильны. Тогда американская контрразведка решила выйти на лидеров мафии, памятуя об их вражде с Муссолини. Но здесь заправляли люди Лучано и без его отмашки, пусть даже из-за решетки, ни о каком сотрудничестве речи быть не могло.
Лучано согласился помочь в обмен на гарантии освобождения после войны. Вскоре его камера каждые две недели стала превращаться в штаб по разработке спецоперации, целью которой было полное уничтожение неблагонадежных элементов в доках.
К работе были привлечены все лидеры Cosa Nostra, отвечавшие за «порядок» на означенных территориях. В кратчайшие сроки были ликвидированы даже самые законспирированные гнезда немецкой агентуры. Работа сопровождалась настоящим террором, в котором подручным Лучано не было равных в Нью-Йорке.
Результаты оказались столь блестящими, что контрразведка приняла решение привлечь Лучано к операции по захвату Сицилии.
Лаки Лучано передал весточку на родину главе местной Cosa Nostra Виццини Калоджеро, (уже знакомого нам дона Кало), и в руках американцев оказались точнейшие топографические планы Сицилии для подготовки высадки на острове. А местные мафиози были готовы с распростертыми объятиями встретить врагов своего недруга Муссолини и оказать им всяческую помощь.
В день вторжения, 10 июля, американский самолет сбросил на территорию имения Виццини Калоджеро в коммуне Виллальба сверток. В полотно золотого цвета с черной буквой «L», было завернуто послание от Лаки Лучано.
Через два дня на главной площади Виллальба появились три американских танка, на одном из которых было то самое золотое знамя Лаки Лучано. На броню этой машины и поднялся уже немолодой дон Кало, приветствуя жителей города. Следующие несколько дней он путешествовал по острову, «открывая» нужные «двери» американским военным.
Конечно, у Муссолини было много приверженцев на Сицилии, в том числе и фанатичных — таких, как комендант Монте-Камаратта полковник Салеми. Но мафия — спрут, и у нее «длинные руки», которые делали всю работу задолго до появления дона Кало.
Так в Монте-Камаратта еще 16 июля проникли его эмиссары и провели «беседы» с каждым из офицеров, вежливо напомнив им о детях, женах, отцах и матерях, которых «случайно» может постигнуть страшная участь. К утру 21 июля две трети гарнизона дезертировало, Салеми был убит, а 22 числа американцы приняли командование крепостью и вошли в Палермо.
Американцы щедро отблагодарили мафию за помощь в захвате Сицилии. Глава организованной Лаки Лучано «Корпорации убийств» Альберто Анастазия — самый жестокий гангстер своего времени — получил гражданство США, а в 1951 году стал боссом семьи Гамбино. Дон Кало стал мэром Виллальба и «почетным полковником» американской армии, а сам Лаки Лучано в 1946 году вышел из тюрьмы и был отправлен в Италию. В целом, мафия смогла не только выйти из подполья, но хорошо заработать и укрепить свое влияние в стране в последние годы войны и послевоенный период.