Удивительно, но два наших «главных гения» - Лев Толстой и Федор Достоевский не были знакомы лично.
⠀
Они жили в одно время – Достоевский родился в 1821 году, Толстой – в 1828. Оба, хотя и в разное время, печатались в «Современнике» Н.А.Некрасова и были с ним знакомы, общались с Гончаровым, Островским, Лесковым, у них был общий друг – критик и философ Страхов, был даже общий «оппонент» - И.С. Тургенев, оба вели активную переписку чуть ли не со всем литературным сообществом. Однако личной встречи не состоялось и друг другу они не написали ни строчки.
⠀
Хотя у них был шанс познакомиться. 10 марта 1878 года они оба присутствовали на публичной лекции молодого магистра философии, доцента Московского университета, в будущем отца русской религиозной философии Владимира Соловьева. В зале был и Страхов, который мог бы свести двух «светил». Но писатели даже не подозревали, что они оба одновременно находятся в лекционном зале. Много позже, уже после смерти Достоевского, когда его вдова единственный раз в жизни лично беседовала с Толстым и сообщила ему о своем присутствии на этой лекции вместе с мужем, граф очень расстроился и произнес многозначительную фразу: «Как мне жаль! Достоевский был для меня дорогой человек и, может быть, единственный, которого я мог бы спросить о многом и который бы мне на многое мог ответить».
⠀
Существует крылатая фраза: русская интеллигенция делится на две части: те кто любят Достоевского и те, кто любят Толстого. И тут следует сказать, что сами эти писатели под такое деление явно не подходят, так как они очень интересовались и ценили творчество друг друга. Достоевский тотчас же приобретал все, что издавал Толстой, если находился за границей – выписывал туда, чтобы прочитать немедленно, своим знакомым активно советовал прочитать «Войну и мир», романы Толстого читал вечерами вслух детям. Толстой тоже читал все, что выходило из под пера Достоевского, и оставлял об этом заметки в дневниках и письмах.
⠀
В 1877 году Страхов, сообщая Толстому об успехе "Анны Карениной" в Петербурге, пишет: "Достоевский машет руками и называет вас богом искусства".
Достоевский в своём "Дневнике писателя" помещает статью, посвящённую этому роману. В ней можно встретить:"необыкновенной высоты художник","гениальная сцена","гениально". В заключение он пишет: "Такие люди, как автор Анны Карениной, - суть учители общества, а мы лишь ученики их".
⠀
В 1880 году уже Толстой пишет Страхову:"...читал "Мёртвый дом". Я много забыл, перечитал и не знаю лучше книги изо всей новой литературы, включая Пушкина... Я наслаждался вчера целый день, как давно не наслаждался. Если увидите Достоевского, скажите ему, что я его люблю". Страхов показал письмо Достоевскому. Тот был взволнован и обрадован, упрашивал отдать ему это письмо. Таких свидетельств и оценок очень много.
⠀
Однако, у писателей были и расхождения. Надо сказать, что они (особенно Толстой) высказывали помимо восхищения немало критических замечаний о творчестве и мировоззрении друг друга. Проведав, что Достоевский – любимый писатель В. Булгакова, Толстой восклицает: «Вот как! Напрасно, напрасно! У него так все спутано – и религия и политика… Но, конечно, это настоящий писатель, с глубоким исканием, не как какой-нибудь Гончаров».
⠀
Оба были глубоко верующими, но само понимание Христа у них в корне отличалось. Критиковал Достоевский Толстого и за категорический отказ от западных достижений.
Судя по всему, Достоевский больше ценил Толстого как писателя, чем как мыслителя, а Толстой - наоборот. Очень не нравился Толстому язык, каким писал Достоевский. Хотя и Достоевского несколько раздражало, что Толстой «слишком разбрасывается», отвлекаясь «направо и налево». Однако оба признавали несомненный гений друг друга и все критические высказывания всегда были в рамках уважительной дискуссии.
⠀
После смерти Достоевского Толстой в письме к Страхову пишет:"Как бы я желал уметь сказать все, что я чувствую о Достоевском<...>Я никогда не видал этого человека и никогда не имел прямых отношений с ним, и вдруг, когда он умер, я понял, что он был самый, самый близкий дорогой, нужный мне человек. <…> И никогда мне в голову не приходило меряться с ним - никогда. Я его так и считал своим другом, и иначе не думал, как то, что мы увидимся, и что теперь только не пришлось, но что это мое. И вдруг за обедом - я один обедал, опоздал - читаю умер. Опора какая-то отскочила от меня. Я растерялся, а потом стало ясно, как он мне был дорог, и я плакал и теперь плачу".
⠀
Последней книгой, которую читал Толстой перед своим уходом из Ясной Поляны и смертью на железнодорожной станции, были "Братья Карамазовы".