Я вообще перестал спать. Мысли не отключаются и совесть, которой немного, но осталось. Считаю баранов, но они все с человеческими лицами. Эта большая отара, вместо погружения в дрему, еще больше отвлекает ото сна. У меня куча комплексов, которые, в отличие, от физкультурно-оздоровительных, сильно отягощают жизнь. Гребучий стыд за бесцельно прожитые годы. Не все конечно, я порой и пользу приносил, но есть отрезки, которые можно вырезать ножницами из жизнепленки. Но жизнь не монтажная и переклеить её порой невозможно. В двадцать лет, легче многое исправить, в пятьдесят с крысиным хвостиком исправить что-то труднее, ибо груз всякой сотворенной тобой херни, тянет обратно на эстакаду. Индульгенцию никто не выпишет. Поэтому будем домучиваться и посыпать голову свежевыжатым пеплом. С утра надо сделать несколько хороших дел, чтобы не совсем онегодяиться. Пошёл снаряжать патроны. Буду отстреливаться от своего самого страшного врага. От себя. И морализаторства.