Карлики, горбуны, обладатели огромных или маленьких голов, люди с отсутствием конечностей или, наоборот, с наличием лишних, кастраты и другие бедняги по чьей-то милости попадали в лапы компрачикосов. Любое отклонение от нормы — и несчастный оказывается на рынке, где его могут купить бродячие труппы, цирки, театры, а иногда и богачи, жаждущие зрелищ. Основными клиентами компрачикосов были богатые вельможи, купцы, владельцы театров, цирков и бродячих трупп.
Спрос рождал предложение. Но где же скупщики брали «товар»? Нет, они не похищали людей. Чаще всего бедные семьи сами продавали своих детей из-за того, что не могли прокормить много ртов. Вот только малыши не имели «товарный вид», поэтому в ход шла фантазия, или же руководствовались желанием заказчика. Будущим «артистам» ломали и сращивали кости, резали кожу и сшивали, деформировали конечности и позвоночник.
Иногда результат достигался после одного вмешательства, но бывали случаи, когда работа занимала месяцы и годы. Наиболее сложными в «изготовлении» были карлики и горбуны. Чтобы искривить ребенку позвоночник и остановить его рост, компрачикосы использовали корсеты сложных форм, из которых «пациенту» самостоятельно было не выбраться. Через 2−3 года, когда растущее тело безнадежно искривлялось в тесных «латах», их снимали и со знанием дела оценивали результат работы, назначая живому товару цену.
Компрачикосы с такой изобретательностью изменяли наружность ребенка, что родной отец не узнал бы его. Иногда они оставляли спинной хребет нетронутым, но перекраивали лицо. Они вытравляли природные черты ребенка, как спарывают метку с украденного носового платка.
У тех, кого предназначали для роли фигляра, весьма искусно выворачивали суставы; казалось, у этих существ нет костей. Из них делали гимнастов.
Для того, чтобы человек не скончался от боли, чаще всего использовали дешевый алкоголь или специальный отвар из трав и грибов. С помощью похожих составов компрачикосы могли лишить «пациента» памяти или превратить в жизнерадостного дурачка.
Чтобы никто не понимал, о чем говорит группа «скупщиков детей», был придуман особый жаргон. При общении использовались слова и выражения на разных языках. Те, кто слышал разговор, могли понять отдельные фразы, но суть беседы оставалась секретом.
Таинственное сообщество, не подчинявшееся законам морали, было отличным инструментом для политических интриг. Искусство компрачикосов часто использовали против оппонентов представители знати. Чтобы лишить поверженного врага шанса на реванш в будущем, его детей продавали для превращения в шутов и уродцев — это было не менее эффективным способом воздействия чем убийство, но, с точки зрения религии и морали более гуманным. Не брезговали такими мерами и короли — Яков II Стюарт, король Англии и Шотландии, покровительствовал артелям компрачикосов, за что те выполняли его жуткие поручения.
Англия в XVII столетии была настоящим раем для компрачикосов, пока к власти не пришел строгий иностранец Вильгельм III Оранский, штатгальтер Голландии. Новый монарх взялся за торговлю людьми с большим задором — украсив компрачикосами и их поставщиками виселицы и сучья деревьев во всех графствах острова. В комплексе со строгими законами против бродяжничества, такая тактика уничтожила компрачикосов как явление буквально за несколько лет.
В наши дни, к сожалению, жуткое ремесло хоть и стало нелегальным и строго наказуемым, но полностью не исчезло. Во многих странах с низким уровнем жизни существуют похожие на comprachicos группировки, покупающие и похищающие детей и взрослых, чтобы их искалечить и использовать в качестве попрошаек.