Мотив "Смерть и дева" в европейском изобразительном искусстве корнями уходит в древнегреческую мифологию. Прообразом послужил миф о похищении Персефоны, дочери богини плодородия Деметры, Аидом, богом царства мертвых.
Изображение Смерти в виде скелета или чудища вместе с молодой девой стало очень популярным в конце 15 века в Германии, с наступлением Ренессанса. Изначально, этот мотив просто отображал неизбежность ужасов Смерти молодыми людьми, как например на гравюре Альбрехта Дюрера:
Однако со временем у этого сюжета появляется более эротический подтекст. Если у работы Дюрера мотив перекликается с популярным средневековым ,"Танец смерти", мотивом неизбежности смерти, то позже физический контакт скелета или чудища, персонификации Смерти, и девственницы, зачастую обнаженной, изображается в более чувственном ключе. Такая эротизация смерти естественно являлась табуированной в глазах церкви, однако запретная связь Эроса и Танатоса, противопоставление и притяжение Жизни и Смерти, привлекала художников в течение многих веков.
Немецкий художник Ханс Бальдунг не раз отображал мотив "Смерть и дева" в своих аллегорических работах.
Несмотря на эротический подтекст, работы Бальдунга все-таки несут более дидактическую идею о внезапности смерти, даже для молодых - юные, цветущие девушки на его работах в слезах ужаса от прикосновений Смерти, которая действует еще действует в роли насильника. Однако столетиями позже Эдвард Мунк изображает молодых дев, отвечающих взаимностью Смерти, если можно так выразиться. На его работе Смерть и дева изображены как любовники.
О взаимосвязи женщин и смерти в работах Мунка мы писали здесь.
В европейской живописи также есть традиция изображать смерть в виде ангела, который пришел забрать молодых девушек в мир иной. У таких работ отсутствует эротический подтекст, смешанный с ужасом. Ангелы смерти человекоподобны, они пришли, чтобы принести покой, а не ужас и страдание. Однако у некоторых работ с мотивом "Смерть и дева" все же есть романтический флер. Например, персонажи работы Анри Леви больше похожи на персонажей мифа об Амуре и Психеи, но не тем не менее это очень романтизированная версия "Смерти и девы".
У австрийской художницы Марианны Стокс Смерть представлена в виде черного ангела женского пола. Юная дева, которая сразу натянула одеяло, чтобы прикрыть себя при виде нежданного гостя, однако ангел левой рукой как бы успокаивает девушку.
Другой представитель австрийской живописи, более знаменитый, Эгон Шиле тоже использовал мотив "Смерть и Дева", но в другом, более личном ключе. Этот мотив послужил метафорой его закончившихся любовных отношений с Валли Нойциль по его инициативе. Этот разрыв был очень болезненный для Шиле, и как виновный в нем, художник представил себя в роли Смерти, а Валли в роли девы. Об этом мы подробно писали здесь.