Понятно, что не всё так уж однозначно и объяснять тот факт, что мы не прижились в Лысянке, только украинским национализмом, было бы не совсем корректно. Понятно, что причин было несколько. Немаловажно, например, то, что бабушка, прожившая большую часть жизни одна, привыкла быть единовластной хозяйкой в своей хате. Но всё-таки определяющей причиной, по моему убеждению, был национализм, хотя тогда он пока ещё не принял таких уродливых форм, как в современной Украине.
Пытаемся приспосабливаться
Хотя понимание того, что реальная жизнь и наши представления о ней — вещи совершенно разные, пришло сравнительно быстро, сдаваться и сразу бежать от возникающих трудностей не хотелось. К тому же тогда это было не другое государство, а та же самая страна. И общего даже в таких разных регионах, как наш родной Урал и Украина было довольно много.
Общими, например, оказались поездки на сельскохозяйственные работы. Только ездили здесь не на картошку, а "на буряки" — на уборку сахарной свёклы. В отличие от уборки картофеля, главным рабочим орудием в этом случае является нож, а самой трудоёмкой операцией — очистка корнеплодов от ботвы. Очищенную сахарную свёклу складывали на полях в бурты, откуда позже она постепенно вывозилась на сахарные заводы. Было такое предприятие и в Лысянке.
Когда я собирался на буряки в первый раз, бабушка заставила взять с собой бутылку со своей горилкой. Зачем — стало ясно на следующий день. Когда сели обедать, оказалось, что своя "пляшка" есть у каждого. Началась своеобразная дегустация — оценивали крепость, вкус, наличие бульбашек (пузырьков) при разливе и т.д. И вердикт был практически единогласный — бабушкино изделие было признано лучшим. Когда сотрапезники узнали, что я "онук бабы Варки" (внук бабушки Варвары), вопросов больше не возникало. Оказывается, моя бабушка славилась на всю Лысянку, как признанная мастерица по изготовлению этого напитка.
Кстати, магазинную водку там тогда практически никто не покупал — самогонку гнали практически открыто, а была она и крепче, и в несколько раз дешевле. Благо, сырья хватало — в натуральную оплату труда колхозников входил сахар. Бабушка, например, получала не менее двух мешков сахара в год. И горилкой, понятно, помаленьку приторговывала.
Ещё раз об украинском национализме
Значительно позже, когда мы волею судеб мы вынуждены были стать гражданами Украины, я не раз задавал себе вопрос: "Почему в этом государственном образовании национализм приобрёл настолько уродливые формы?" Сейчас мне кажется, что причина в том, что украинский национализм действительно является местечковым по своему происхождению.
Типичное местечко типа Лысянки — до города не доросло, но и деревней его уже считать нельзя. И национализм здесь типично местечковый. Его характерные признаки:
1) чрезвычайная ограниченность с претензией на универсальность;
2) упорное нежелание хоть немного подняться над сиюминутными и сугубо местными интересами и понятиями;
3) отсюда убогий подход к методу реализации этих самых интересов — ущемить соседа, тогда, может быть, мне больше достанется.
Я уже упоминал о соседе, который разговаривал со мной на русском языке. Мы не то чтобы подружились, но могли общаться довольно откровенно. Как-то раз я спросил его о причинах неприязненного отношения к нам окружающих. Ответ меня буквально поверг в изумление. Он ответил: "Причина в том, что Россия объедает Украину. Если бы мы отделились, то жили бы намного лучше, чем сейчас".
Да, сейчас я бы мог задать ехидный вопрос: "Так кто кого объедал, если после отделения вы живёте хуже, чем Россия?" Если бы всё не было так грустно. Вместо борьбы за улучшение жизни всех народов — курс на этническую обособленность, идея национального превосходства. А придумать себе историю и создать образ врага, виноватого во всех твоих бедах, намного проще, чем создать государство, которому реально есть чем гордиться.