21 мая с.г. в условиях санитарной изоляции состоялась онлайн-встреча с режиссёром чудо-фильма об однополой любви «Дылда» Кантемиром Балаговым и оператором Ксенией Середой под благовидным предлогом сбора денежных средств для дальнейшего перечисления в детский хоспис "Дом с маяком". Анонсировала этот вебинар "Новая Газета". И всё.
Пожалуй, самым главным на повестке должен был стать вопрос: не стыдно ли товарищам из "Новой" и прославленному за пределами России режиссёру К.Балагову заниматься самопиаром на детском и родительском горе? Да, логика организаторов вебинара понятна: несколько десятков тысяч человек, подписанных на сайты "Дома с маяком" увидят рекламу К.Балагова и его фильма "Дылда", а сам Балагов выступит в роли эдакого "великодушного либерала", который организовал "благотворительную акцию".
Только вот не ускользает от общественности тот факт, а любимая либералами "Новая Газета" естественно умолчали о том, что несмотря на рекламу вебинар заинтересовал ... аж 17 человек. И речь здесь о том, что и "Новая" и Балагов со своей "Дылдой" знали свою реальную цену, и им было абсолютно всё равно, сколько зрителей соберутся на онлайн-встречу. Трое, так трое, 17, так 17, ни одного - да и черт с ним, ведь их рукопожатные лица прорекламировали и создали им образ добросердечных людей, а какая от этого польза детям - какая, в принципе, разница?
Молчат и о том, что в ходе собственно встречи зрители задавали вопросы, которые были явно неудобны для Балагова и Середы, а потому остались без ответов...
Вообще, согласитесь, придумать историю про лесбиянку в послевоенном Ленинграде, в городе, который стал одним из символов сопротивления нацистским захватчикам, великого Подвига советского народа...нечто.
Сам режиссер о своей картине высказался так: «Это фильм не о любви женщины к женщине, а о том, что человеку нужен человек. Ничего лесбийского я туда не закладывал». Продюсер Александр Роднянский заявил: «Им надо сострадать и сочувствовать».
Кстати, скоро выйдет очередной «шедевр» киноискусства «Блокадный дневник» про жизнь в блокадном Ленинграде.
И кажется, что дно еще не пробито.